Нити судьбы

Мне было интересно рассказывать истории. Я наблюдал за людьми на улицах, в ресторане, где работал барменом, и часто думал о том, какие секреты скрываются за улыбкой человека. Каждая из судеб необыкновенна и достойна внимания.

На съезде я оказался самым молодым среди собравшихся, и чувствовал неловкость в общении. Некоторые из тех, кто присутствовал, были на таком мероприятии не впервые. Я мало слушал, что говорили о других произведениях, однако несколько фраз всё же пришлось сказать. Когда конференция подходила к концу, настал черёд и моего романа.

Никто из критиков не решался начать разбор. Слово предоставили Михаилу Негативову. Его голова, практически лишённая волос, походила на гладкое яйцо. Он взял мою рукопись крючковатыми руками, быстро пролистал её. Я увидел пометки, сделанные на полях.

– Смелая вещь, – резюмировал критик с головой, похожей на яйцо. – Бесспорно, такие романы нужны. Но уж коли вы решили посвятить жизнь писательскому ремеслу, неплохо изучить каноны, по которым работают авторы.

Я готовился к худшему, поэтому с облегчением выдохнул, услышав его слова. Ожидания оправдались.

– Стиль, используемый вами, просто никуда не годится! У вас превосходно поставленная речь, но вы не умеете ею пользоваться, – к обсуждению присоединился самый молчаливый участник съезда. Его голос эхом разносился по большому залу. Присутствовавшие литераторы внимали его речам, тайно радуясь чужому поражению. Критик с пренебрежением отложил рукопись.

– Поймите, если вы хотите стать писателем, то надо читать классическую литературу, много времени проводить за наблюдениями, потому что без них не построить сюжет, не развить личностей героев.

Необходимо владеть русским языком.

Я не знал, что ответить и кратко записывал требования в блокнот. Стоило, конечно, с упрямством бульдога защищаться, но я понимал, что критики правы.

– Чтобы совсем не втаптывать в грязь, хочу отметить, что характеры персонажей тщательно проработаны, – произнёс очередной рецензент, но его перебили.

– Да где же хорошо, в какой главе, на которой странице? Таких картонных и плоских персонажей я не видел, пожалуй, со времён третьего съезда, – иронизировал Михаил Негативов.

– Что же вы не попросили отца отредактировать ваше творение? – с иронией осведомился один из критиков. – Язык, на котором вы пишете – русский? Я не предполагал, что есть подобные слова. Что думает ваш отец, Александр Михайлович?

Конечно, не обошлось без участия моего папы.