Un'estranea/Чужая

После нескольких гостевых комнат, которые отличались скромными, но довольно элегантными интерьерами Маша побывала в хозяйской спальне. В комнате бабушки преобладал стиль барокко в светлых лавандовых тонах. Большая кровать под прозрачным балдахином, так и манила сесть на неё или даже попрыгать, как Маша делала в детстве. Чуть поодаль трюмо с изысканным золотым орнаментом, где расставлены крема в жестяных баночках. Они походили на ведьмовские снадобья. Рядом с трюмо стоял маленький пуфик. Маша дотронулась до серебряного гребня, которым бабушка закалывала волосы.

У окна размещалось удобное кресло, где лежала незаконченная вышивка. В шкафу корешок к корешку теснились старые книги. Бабушка много читала. Нашлись и тома с русскими названиями: «Война и мир» Льва Толстого, «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова и «Тихий Дон» Михаила Шолохова.

– Книга – лучшее лекарство. Так утверждает мама, – Аллегра пожала плечами, будто была не согласна.

На стене красовался совместный портрет Беатриче и Бартоломео Спинелли.

Они молоды и полны замыслов. Улыбка бабушки показалась вымученной. Маша отметила свою удивительную схожесть с дедушкой Барто. Посмотрев на снимок, она обернулась к зеркалу и прикоснулась к своему лицу.

– Да, ты копия Бартоломео, – заметив интерес племянницы, сказала Аллегра.

Маша не отрицала очевидное. Она совсем не знала, каким человеком был Бартоломео, но представляла его благородным.

– Я бы очень хотела сделать пластическую операцию, – призналась Маша.

– Красивые цветы поздно распускаются и долго благоухают, – произнесла Аллегра и коснулась её щёки.

После краткой экскурсии Маша пошла в гостиную, где застала Адриано. Он допивал кофе в одиночестве.

– А где бабушка? – нахмурилась Маша.

Адриано грустно улыбнулся дочери.

– Она хочет немного отвлечься, поэтому ушла в библиотеку.

– Книга – лучшее лекарство.

– Да, за книгами мама скрывалась от мира. Именно благодаря её страсти я полюбил русский язык и решил обучаться в МГУ, где и встретил твою маму.

Ещё никогда Маша не чувствовала подобной близости с папой, который выглядел таким добрым и уставшим.

Они редко беседовали по душам. Но Маше так хотелось узнать его, хотелось просто побыть с ним. Однако он всегда был занят. И главный враг – смартфон, который отвлекал его.

Маша быстро заскучала, когда Адриано разговаривал по телефону о делах фабрики. Он вновь стал таким же холодным и собранным, как дома, в России. Девочка любовалась чудесными репродукциями, украшавшими стены.