Un'estranea/Чужая

Маша взглянула в зеркало, которое украшало стену. Оно красноречиво подтверждало её мнение о себе.

– Но ведь главное – душа, – возразил Антонио.

– Если внешность не притягивает, никто не захочет узнать душу.

– Красота, как и дьявол, скрывается в деталях и полутонах,– произнёс дядя Антонио и снял одну из старых масок, которая висела на самом верху.

Она показалась неприметной, посеревшей от времени. Эмаль потрескалась, блёстки почти осыпались. Но в ней ещё сохранилось едва уловимое очарование загадки.

– Оцени, как она сделана.

Девушка внимательно вгляделась в старинный аксессуар. «Баута» изготовлена из белого атласа и папье-маше с профилем в виде треугольника. Дядя искусно украсил её чёрными пайетками. Но впалые глазницы пугали.

– На ней щербинки и нюансы не такие яркие, – сказал дядя и улыбнулся. – И всё-таки её хотят купить многие. А знаешь почему?

– Почему?

– Потому что она особенная. У неё есть магия. Именно недостатки и придают ей неповторимость.

Дядя Антонио умел заинтересовать собеседника.

– Маска получила своё название в честь мифического чудовища Bau, про которого детям рассказывают страшилки. Маску предпочитали не только простые венецианцы, но и богатые дожи. Она позволяла оставаться неузнаваемым. Эх, загадочное и волшебное время.

Антонио с ностальгией улыбнулся, вспоминая юность и первый карнавал, в котором принял участие.

– Эта маска самая ранняя, которую я создал своими руками, поэтому я не продам её никому.

Он с нежностью погладил прохладный материал. Вещь, несомненно, обладала собственной энергетикой. Марии захотелось примерить её. Прислонив «Бауту» к лицу и отказавшись от индивидуальности, она могла раствориться в толпе. Все люди носят маски, вне зависимости от возраста и пола. Когда наступает момент трагических испытаний, маска уже не нужна. Именно тогда познаётся истинная сущность человека. «Баута» напомнила о мужчине, которого Маша встретила на вечеринке у синьоры Мальдини.

– Ты наша принцесса, – Антонио обнял её и по-отечески поцеловал в лоб. – Та девочка, что верила в чудеса и пасхального зайчика. Кстати, ты ещё веришь в зайчика?

Маша рассмеялась, вспомнив о наивных детских мечтах. Она уже давно не верила в пасхального зайчика, и ожидания от жизни немного изменились. Но всё же в самом укромном месте души теплилась вера в чудо.

– Добро пожаловать в мой мир, – Антонио жестом пригласил Машу войти.