Регрессия

Последним промелькнувшим в голове образом перед тем, как я забылась сном, отодвинувшись от мужа на самый край кровать и чуть не падая, было узкое лицо в обрамлении длинных темных волос и горящие безумием глаза.

Глава 6.

Снова та же площадь. Я полагаю, что площадь – глаза-то завязаны. Вокруг кричат и улюлюкают люди, цокот копыт и дребезжание старой телеги с побрякивающими товарами, проползающей мимо по ухабистой булыжной мостовой. А еще запах. Запах немытых тел, смешивающийся с едким дымом и доносящейся откуда-то издалека вонью свежей рыбы и мутной речной воды.

Слишком странное и контрастное сочетание. И, конечно, огонь. Огонь, лижущий сначала пятки, а потом щиколотки, заставляющий извиваться в веревках и кричать, изрыгая наружу исстрадавшуюся душу.

***

Антон спал мертвецким сном, даже не обратив внимания на мои крики. Все же есть свои плюсы даже в пьянстве – он спал беспробудно, а потом обязательно страдал от головной боли. Эти состояния сменяли друг друга примерно раз в два дня.

Обыденность укутала этот день в свои бесцветные объятия – погода испортилась, учеба на пару с работой удовольствия не приносили, а мужа я за день так ни разу и не встретила, только получив от него смску, что будильник он не услышал, а я не удосужилась его разбудить. Раньше бы я очень корила себя за это. Хотя нет. Я бы приготовила завтрак и пыталась добудиться сонное тело с похмельной головой, оправдывая перед самой собой и кафедрой его опоздание. Но только не теперь. Теперь мне было все равно.

Единственная мысль, не дававшая покоя, появится ли сегодня мой попутчик, который никак не хотел покидать мою голову. Я несколько раз пересаживалась из трамвая в трамвай, проходила по салону из конца в конец, вглядываясь в лица людей, но тщетно – никого даже отдаленно похожего.

Окончательно разочаровавшись в этом дне, к вечеру я отправилась на автодром: решив развестись, я подумала, что неплохо было бы научиться водить машину, и, не раздумывая, записалась в автошколу.

Антон мой поступок, конечно же, не одобрил.

Занятие прошло из рук вон плохо: газ с тормозом я не путала, но вот мимо сцепления промахивалась регулярно, а заодно глохла, не вписывалась в повороты и никак не могла нормально припарковаться. Мой инструктор, мужчина в возрасте и с ангельским терпением, махнул рукой и отпустил меня пораньше, резонно заметив, что сегодня не мой день.

Купаясь в угрызениях совести и опустив голову, я нехотя брела в направлении дома.