Регрессия. Исповедь колдуна

Двери распахнулись – мы добрались до нашей остановки.

– Сколько раз тебе говорить, не отставай от меня в городе! – Мама тянула меня за руку и громко отчитывала на всю улицу, а я никак не мог сообразить, что же такого страшного сделал. – Ты же можешь потеряться, тебя украдут. Или он… он тебя уведет.

Она резко остановилась возле самого входа в метро, присела на корточки и обняла меня, бурно расплакавшись.

– Мам, никуда я не денусь, – тщетно пытался я успокоить заходящуюся в рыданиях маму, положив ладонь ей на голову.

– Обещаешь, что не сбежишь и будешь слушаться? – На меня поднялись распухшие от слез глаза.

– Да сто раз уже обещал! – надулся я.

– А ты еще пообещай!

– Да обещаю, обещаю! Мам, только можешь рассказать мне кое-что?

– Что, дорогой? – Она поднялась и взяла меня за руку.

– Что случилось с папой? И откуда взялась бабушка? Ты никогда про них не говорила.

Мама тяжело вздохнула и, глядя куда-то в сторону, выпалила на одном дыхании:

– Папа умер до твоего рождения, и поэтому бабушка не хочет с нами общаться.

– Почему?

– Он был военным. А когда узнал, что мы ждем тебя, решил подзаработать и вызвался добровольцем на войну. Он все равно бы поехал, только позже. Кто знает, может, тогда и остался бы жив. – Она всхлипнула. – Он в первый же день подорвался на мине, до твоего рождения было еще полгода.

– Мама, – я чувствовал, что в глазах стоят слезы, – ты очень по нему скучаешь?

– Сначала очень скучала, – серьезно ответила она, все так же не глядя на меня, – но потом появился ты, и я потихоньку стала забывать.

– А бабушка?

– А что бабушка?

– Почему она позвала нас сегодня?

– Не знаю, сынок. Может быть, хотела так вернуть своего сына. Это у меня погиб муж, а у нее – сын, ей куда тяжелее. Если с тобой что-то случится, я этого не переживу.

– Не переживай, мам, – улыбнулся я, – со мной все будет хорошо!

Она только ухмыльнулась в ответ – ведь я очень плохо вру.

Дальше день пошел куда лучше – мы заглянули в несколько торговых центров, перекусили в Макдональдсе возле какого-то бульвара, где в брызгах фонтана резвились дети. Мама предлагала присоединиться, но мне куда приятнее было сидеть на высоком парапете, едва касаясь мысками земли, и наблюдать за ними со стороны.