Регрессия. Гори!

Ночь на одной территории с Иоганном пугала, и это чувство было знакомым. Когда-то в прошлом он уже приходил ко мне под покровом темноты, и тогда было так же неловко. Ах, если бы я только могла вспомнить!

И если дома я могла спрятаться от его порой тяжелого взгляда, уйти в другую комнату, засидеться на кухне, то здесь идти мне было некуда.

– Может, по пляжу прогуляемся? – предложила я, плохо выговаривая слова, и повисла на руке моего спутника. Он хитро улыбнулся, блеснув глазами, и обнял меня за талию по-настоящему, как свою девушку.

– Давай. Покажу тебе красивый маршрут.

Мы пересекли мост, миновали свой отель и порт, где баснословно дорогие яхты ожидали лета, и отправились по набережной в сторону маячащих на горизонте огней. Пешая прогулка под шум прибоя вдоль рядов полупустых отелей вместе с бродящим в крови вином очень скоро вызвали во мне непреодолимую усталость. Еще бы – полицейский участок с утра, который сейчас казался чем-то далеким и ненастоящим, перелет и день на ногах. Даже человек, не потерявший свое прошлое в пелене подсознания и не провалявшийся неделю в коме, устал бы.

Иоганн подхватил меня на руки как пушинку, даже не дав времени одуматься или запротестовать, и вместе со мной опустился на каменный валун у самой кромки воды. Надо признать, что при своей худобе он оказался удивительно сильным.

Я сидела на коленях человека, которого должна была называть своим парнем, но пока не могла, обнимала его за шею, зарывшись носом в темные волосы, вдыхала сладкий аромат корицы и ощущала спокойствие.

Успокоившееся к вечеру морю, словно оно тоже ушло на покой, напевало пенную колыбельную и открывало врата в царство Морфея. Звезды, щедро рассыпанные по южному небу, выглядывали из-за набегающих туч, складывались в причудливые узоры и рассказывали древние сказки, известные только им.

– Ты как? – шепотом поинтересовался Иоганн, поглаживая меня по голове. И от этих прикосновений тепло разливалось по всему телу. То ли вино на меня так действовало, то ли атмосфера, которую никогда не познаешь в большом городе, но я все больше проникалась к Иоганну не любовью, но привязанностью, теплотой, влечением.

– Нормально, – не нашла я ответа лучше.

– А более развернуто? – усмехнулся он, отстранившись, и заглянул мне в глаза.

Сейчас в его взгляде не было огня, всегда пугающего меня, не было самоуверенности и напыщенности. Пронзительными зелеными глазами на меня глядел простой парень, милый и застенчивый, немного неловкий.