Ненависть, разбитая любовью

Ничего не говоря. В этот раз я уже не молила о смерти.

– Я устала.

– Я дал слово, что не буду тебя беспокоить, но ты мне последний месяц снилась каждую ночь. Вот я и пришел. Не можешь ты без меня.

– Не хочу.

– Но ты не справишься без меня, – сказал Тим.

– Я уже не справляюсь. Все слишком сложно. Я не понимаю как дальше жить. Живу лишь потому, что каждое утро встаю. Но при этом я уже давно боюсь, что когда-нибудь просто не проснусь.

Глава 2

Тим молча вышел из комнаты. Я почувствовала, что меня трясет.

Холод пробирался в мышцы. Воспоминания накрывали. Я вновь вспомнила сестренку. То время, которое было до встречи с Тимом.

Мы с сестрой всегда были дружны. Родители работали вахтами. Когда они уезжали, то нас оставляли у тетки в маленьком домике. У тетки и без нас места было мало. Трое своих детей, муж без ног, а тут еще и мы с сестренкой. Там нас не жаловали. А мы с сестренкой объединялись перед общей опасностью, защищали друг друга и ждали возвращения родителей.

Маленький поселок городской типа среди тайги, без работы, без нормальной медицины и магазинов – здесь негде было развернуться и негде было встать на ноги. Я не знала, чем мне заняться после учебы в школе. Нужно было поступать в институт. Учиться дальше. Но я понимала, что не могла оставить младшую сестру одну. Тогда родители сделали ход конем. Они продали наш дом и влезли в ипотеку, купив хорошую квартиру почти в центре города. Только после этого они стали работать еще больше, а мы с сестрой должны были лишь учиться и пытаться встать на ноги. Для этого у нас, по их мнению, все было.

Крупный город, институт, хорошая школа для сестренки – чего еще можно желать? Оказалось, что желать можно было многого. К примеру, хорошей одежды и технике, косметике и просто возможности выбраться в кино или в кафе.

Попав в большой город, мы с сестрой столкнулись с кучей соблазнов. А если учесть, что родители теперь уезжали не на месяц, а могли оставить нас без присмотра на месяца три, то получалось, что мы были предоставлены сами себе.

Это было безумное время веселья и радости. Первые отношения. Первый поцелуй. Что у меня, что у сестренки просто слетала крыша. Так продолжалось год, до ее окончания девятого класса. Ей было шестнадцать. Мне девятнадцать. Отпраздновав выпуск сестренки, родители уехали на три месяца, а мы опять остались с ней вдвоем.

Нам нужны были деньги. Сестренка поступила в техникум. Я была на втором курсе.