Упавшая перед вампиром

– Она мне должна…

– Все долги прощены, – быстро ответила я. – Не смейте к ней подходить. Лиза честная девушка.

– Вот я и проверю.

– А денег хватит, чтобы такие проверки устраивать? По одежде, вы довольно юны, и заработок у вас пока оставляет желать лучшего. Опыта мало. Иначе бы почувствовали обман.

– Какая дерзкая! – насмешливо сказал второй, подходя ко мне со спины и отбирая корзину с продуктами. Том подошел ко мне. Наклонился, пытаясь напугать.

– Наблюдательная. Если попались на обман, то признавайте свое поражение, – сказала я, уверенная, что правда на моей стороне.

Мы были на улице среди бела дня. Чего они мне могли сделать? только запугать. Но эти двое пошли дальше. Сообщник Тома схватил меня за руки и резко оторвал от земли. Силы ему было не занимать. Том наклонился еще больше, почти касаясь щеки.

– Арчи, отпусти ее. Она Панкратием помечена, – недовольно сказал Том.

– Чего это он за девку вписался?

– Хрен его знает, – ответил Том. Меня отпустили. Пихнули в руку корзину. – Еще раз твоя сестра заявится в наш район, то я ей отомщу.

Так и передай, негодяйке.

– Двое на одну напали. Очень сильно! – крикнула я им вслед. Они только рассмеялись. Я же почувствовала, как меня бьет нервная дрожь. Они меня все-таки напугали.

Может и хорошо, что Панкратий моей крови попробовал. Я слышала, что вампиры оставляли на жертве свой уникальный след, запах, который не чувствовали люди, но легко понимали вампиры. Скоро от него не останется следа, но к тому времени и вчерашнее приключение всеми забудется.

Дома выяснилось, что Лиза еще не пришла, а мама ушла к соседке. Игнат работал в мастерской. Я разобрала корзину. Потом хотела подняться к себе, но тут обо мне вспомнил Игнат.

– Подойди сюда. Я тебе покажу одну вещь, – позвал он меня в мастерскую.

– Может в другой раз?

– Да не бойся ты так, – улыбнулся он.

Вроде в настроении. Таким он был довольно редко. И лучше это настроение было не портить. Я убрала корзину и пошла следом за ним в мастерскую.

В мастерской пахло свежей стружкой и лаком.

А еще масленной пропиткой и смолой. На стене сохли заготовки. Стол занимали бревна, из которых Игнат делал детали.

Он отошел к полке. Вернулся оттуда с маленькой железной птичкой. На крыльях птичке были зеленые камешки. В глазах были вставлены красные, а клюв был покрыт золотым напылением.

– Как тебе?

– Красиво, – ответила я.

– Ты ее к свету поднеси, – посоветовал Игнат. Я подошла к лампе, которая работала в мастерской.