Эхо смерти

Удары наносились продуманно, чтобы причинить сильную боль. Били по животу, почкам, коленным чашечкам.

Моррис вручил Еве очки-микроскопы, вторую пару надел сам.

– Пластиковые стяжки врезались в тело, а еще у нас имеются фрагменты древесины и, похоже, клеящего вещества со скотча, которым связали жертву. Жду подтверждения из лаборатории.

– Да, преступник использовал пластиковые стяжки, а поверх них – клейкую ленту. Древесина от стула, который сломал Страцца, когда пытался освободиться.

– Глянь сюда.

 – Моррис передвинулся к голове трупа. – Сильный удар тупым предметом. Полагаю, его нанесли по крайней мере через час после остальных ударов, и явно не им оглушили жертву, прежде чем связать.

– Его сперва оглушили, потом обездвижили. После нападения Страцца пришел в себя, сломал стул, к которому его привязали. Думаю, у него хватило сил, чтобы броситься на преступника.

– Все сходится. Судя по углу, под которым был нанесен удар, преступник и жертва стояли лицом к лицу, преступник чуть левее.

– Тяжелая хрустальная ваза. Преступнику нужно было утихомирить Страццу.

– Даже если предположить, что тот был под адреналином, подобный удар вырубит кого угодно.

– Точный медицинский термин.

– Не сомневайся. Страцца упал и потерял сознание.

– И нападавший ударил его еще пару раз, на всякий случай.

– Не сразу.

Ева насторожилась.

– Через какое время?

– Полагаю, рана от первого удара в голову кровоточила минут пятнадцать, если не дольше. Может, двадцать.

Кровь уже начала сворачиваться. Смертельный удар – им может быть любой из тех, что пришлись по затылку, – нанесли уже после того, как сердце качало кровь добрых пятнадцать минут. А этот? Угол нанесения предполагает, что Страцца двигался, поднялся на ноги. Его добил последний удар.

– Хорошо, хорошо. – Ева на миг закрыла глаза, стянула очки, прошлась по комнате. – Страцца высвободился и бросился на обидчика. Преступник схватил вазу, ударил. Страцца упал, потерял сознание, но преступник его не прикончил.

Возможно, собирал инструменты и добычу или снова изнасиловал жену Страццы. Страцца пришел в себя, попытался встать, вот тут-то преступник его и добил. Был вынужден это сделать.

Она покачала головой.

– Глупо. Если ты собираешься убить человека, прикончи его, и дело с концом. Если не хочешь убивать, хватай вещички и сматывайся. И на это не нужно целых пятнадцать минут, если только ты не дурак и не раскидал свое барахло по всему дому.