Подводные камни

В военную академию Зейну нельзя. Он там не выживет. И Бритт бросать нельзя.

Значит, надо притворяться, как родители. Делать вид, будто он усвоил урок. На все вопросы твердить «да, сэр». Учиться на пределе сил. Выполнять все, что от него требуют.

В один прекрасный день он повзрослеет, наберется сил, храбрости – и перестанет носить маску.

Но кто ему поверит? Может быть, тетя? Возможно. Ей, кажется, не очень нравится его отец – да и мать, судя по всему, тоже.

Она им не нравится в ответ, они постоянно говорят про Эмили всякие гадости: что она ничего не добилась в жизни, не смогла даже удержать мужа.

Снизу донеслись звуки пианино, и Зейн счастливо выдохнул. С Бритт все в порядке, раз она играет.

И все-таки – вдруг удастся собрать доказательства? Если попросить Мику, тот поможет, например, установить скрытую камеру или еще что-нибудь. Хотя нет, Мику втягивать нельзя. Вдруг он проболтается родителям, а те скажут отцу.

Тогда никакого бейсбола, только военная академия и очередные побои.

К такому Зейн не готов.

А если все записать?..

В порыве вдохновения он подошел к столу и нашел блокнот с ручкой. Нет, сейчас писать нельзя. Родители могут зайти перед сном. Если застукают – конец.

Зейн принялся ждать, лежа в темноте и для спокойствия сжимая бейсбольный мячик.

Он слышал, как отец крикнул внизу:

– Сладких снов, Бритт!

Та отозвалась:

– Спокойной ночи.

Мгновение спустя Бритт зашептала из-за двери:

– Я не могу войти. Прости. Я слышала, как ты кричал, но…

– Все хорошо.

– Прости, – повторила она.

Соседняя дверь хлопнула. Зейн ненадолго задремал. Его разбудил смех матери. Родители поднимались по лестнице, негромко переговариваясь. Прошли мимо его комнаты. Зейн затаился, закрыл глаза и принялся дышать как можно тише, потому что ни капли им не верил.

Он оказался прав – через несколько минут щелкнул замок. В уголках глаз покраснело от света. Зейн не открывал их, но старался не сжимать веки слишком плотно – так будет понятно, что он притворяется.

Дверь закрылась, замок снова щелкнул, однако Зейн все равно ждал, отсчитывая минуты.

Через полчаса, почувствовав себя в безопасности, он прокрался к столу и достал блокнот и две ручки. На всякий случай отнес их вместе с фонариком, который оставила Бритт, в постель.

Если услышит шаги за дверью, то успеет спрятать улики под одеяло и притвориться спящим.

В тусклом луче света Зейн принялся писать.