Подводные камни

Послушайте, мне это тоже не нравится, но парень избил мать и младшую сестренку.

– Вранье! До последнего слова!

Джим ощерился, хоть и старался не смотреть Эмили в глаза.

– Так говорят его родители. Закон гласит, что он должен отправиться в Банкомб до суда. Поэтому или расписывайтесь, док, или я зову доктора Бигелоу. Мальчика в любом случае заберут.

* * *

Зейну стало лучше. То ли помогли обезболивающие, то ли причудливая шина, но на каталку он взобрался своими силами.

Вскоре его разбудили – пришел санитар в сопровождении полицейского и пересадил Зейна на инвалидную коляску.

В коридоре к нему бросилась Эмили.

– Мальчик мой!

– Мэм, вам нельзя…

– Заткнись, Джим, или, богом клянусь, я скажу твоей матери, какой ты грубиян, – огрызнулась та, бережно гладя Зейна по разбитому лицу. – Я знаю тебя еще со школы, Джеймс Ти Джексон, и никогда мне не было так за тебя стыдно!

– Эмили, я не виноват…

– Не надо, – перебила та Зейна. – Я все знаю.

– Присматривай за Бритт.

– Конечно.

– Обещай! Сделай все, чтобы он ее не трогал.

– Жизнью клянусь, слышишь? Я не позволю тронуть племянницу, чего бы мне это ни стоило. А ты держись, мой мальчик. Я найду тебе адвоката. И я, и Дэйв, и твои бабушка с дедушкой, и все, кто тебя знает, – мы постараемся вытащить тебя любой ценой.

– Это просто тюрьма. Дома было намного хуже.

– Мэм, мы должны его забрать. Отойдите.

– Я верю тебе, Зейн, и верю в тебя. И ты мне верь. Обещаю, жизнью клянусь, я все сделаю…

Она поцеловала Зейна в разбитую щеку, заставила себя выпрямиться и отойти.

Увидев, как его укатывают, Эмили отвернулась к стене и заплакала. Рыдая, она вытащила из кармана звонящий телефон.

* * *

Бритт очнулась в темноте. Она застонала и прижала пальцы к пульсирующей щеке.

Вспыхнул свет. Рядом с кроватью стоял отец.

Кажется, она в больнице. У отца все лицо было в синяках: глаз подбит, губа распухла.

Смотрел он холодно и очень зло.

– Слушай внимательно, – начал он.

 – Утром придет полиция, и ты скажешь, что тебя избил брат. Он ударил твою мать и толкнул ее на пол. Затем тебя. Что было потом, ты не помнишь. Только как кричала мать, а тебя тошнило и кружилась голова. Ясно?

«Будь умницей, – говорил ей Зейн. – Веди себя осторожнее».

– Да, сэр.

– Ты видела, как я дерусь с Зейном. Испугалась. Побежала звонить в Службу спасения. Он оттолкнул меня и опять тебя ударил. Больше ты ничего не знаешь.