Подводные камни

Папа обозвал ее, потом толкнул брата и ударил в живот.

Бритт стиснула банку с газировкой.

– Он всегда бьет туда, где не остается следов. Я, сама не знаю почему, побежала за матерью. Я знала, что та не станет вмешиваться, но все равно пошла за ней. Меня вырвало, она разозлилась, позвала папу, тот тоже разозлился. Поднялся и ударил меня.

Эмили сидела молча, только изредка вздрагивала от слез.

– Тогда Зейн побежал наверх и схватил папу. Он просто хотел остановить его, чтобы тот не бил меня. Это же можно считать самозащитой, правда? За такое не сажают в тюрьму.

Они стали драться, громко кричать, мать толкала Зейна и царапала ему лицо, но тот не успокаивался. Тогда отец ударил маму, а я побежала за телефоном и позвонила в Службу спасения. Потом услышала, как Зейн кричит и что-то падает с жутким грохотом. Кажется, брат свалился с лестницы. Отец вошел, снова ударил меня и велел маме принести саквояж. Он врач. Приказал держать меня, потому что я вырывалась, достал шприц и вколол какое-то лекарство. Это правда. Так и было.

Бритт откинулась на спинку стула, на мгновение закрыла глаза, потом снова открыла их, уставившись на детектива. Съежилась и скрестила на груди руки.

– Ладно. – Ли кивнул. – Полиция приехала?

– Наверное, но он вколол мне что-то, и я очнулась уже в больнице. Он сидел рядом, ждал. Сообщил, что именно я должна говорить на допросе. Что это Зейн избил всех нас: и меня, и его с мамой. Если я скажу хоть одно лишнее слово, будет хуже. Мне не поверят, а Зейна увезут в тюрьму.

Я должна забыть про брата. Он забрал у меня телефон, вышел и велел медсестрам никого не пускать в палату, а сам отправился отдыхать. Маму, кажется, тоже отвезли в больницу.

Ли записал все подробности, включая имя брата – Зейн – и профессию отца – врач. Брат – спортсмен, занимается бейсболом, должен участвовать в чемпионате. Учится в старшей школе.

– Расскажи про мать.

– Он всегда бил ее туда, где незаметно. Она иногда сопротивлялась, но…

Девочка покраснела и умоляюще посмотрела на Эмили.

– Все хорошо. Скажи как есть, ничего страшного.

– Мне кажется… Мне кажется, им это нравилось. По крайней мере, ей. Они потом занимались сексом, и он делал вид, будто ничего не происходит. Покупал ей дорогие подарки, а она ходила как ни в чем не бывало.

Бритт повернулась к Эмили и уткнулась носом ей в плечо.

– Я не могла тебе рассказать. Я очень боялась. Но еще больше боялась того, что будет дальше, если стану молчать.