Яд бессмертия

Изящество подруги всегда вызывало у Евы восхищение и зависть.

– Мэвис, моя голубка! – проревел мужской бас.

Ева вытаращила глаза. В человеке, носившем изысканное артистическое имя, оказалось все шесть футов пять дюймов роста. Телосложением он мог бы посоперничать с гориллой. Халат с короткими рукавами цвета марсианского заката обтягивал чудовищные мускулы. У него была круглая, как луна, физиономия, кожа на скулах грозила лопнуть, словно на барабане. Между двумя верхними зубами красовался блестящий камешек, глаза сияли, как золотые монеты.

Гигант сгреб Мэвис в охапку, оторвал от пола и поцеловал – так основательно, что Ева смекнула: эту пару объединяет не только приверженность моде и искусству.

– Леонардо… – Мэвис прыснула, как девчонка, и запустила пальцы с золотистым маникюром в его густые кудри, свисающие на плечи.

– Куколка!

Их сюсюканье было трудно выносить. Ева молча закатила глаза. Все ясно: Мэвис снова влюбилась – в который раз!

– Какая чудесная прическа! – Леонардо погрузил свои похожие на толстые сардельки пальцы в ее волосы.

– Я старалась – хотела, чтобы тебе понравилось. Познакомься… – Последовала многозначительная пауза, как перед представлением пса-медалиста. – Даллас.

– А вот и невеста! Очень рад знакомству, лейтенант Даллас. – Продолжая обнимать Мэвис, он подал Еве руку. – Мэвис много мне о вас рассказывала.

– Могу себе представить… – Ева покосилась на подругу. – Зато о вас она особо не распространялась.

От его гулкого смеха у Евы чуть не лопнули барабанные перепонки.

– Да, моя голубка обожает секретничать. Напитки! – Проревев это слово, он с неожиданной грацией развернулся и исчез в облаке легких тканей.

– Потрясающий, правда? – прошептала Мэвис. Она словно поглупела от любви.

– Ты с ним спишь?

– Ты не поверишь, до чего он… изобретателен. До чего… – Мэвис тяжело задышала и сладострастно провела рукой по груди. – Настоящий художник секса.

– Не желаю об этом слышать. Не желаю, и точка. – Ева свела брови на переносице и окинула помещение профессиональным взглядом.

Комната была просторная, высокая, вся увитая струящейся материей. Казалось, на потолке, стенах, даже на столах и подлокотниках кресел сияют многоцветные радуги, бьют водопады, серебрятся озера.

– Господи! – восторженно прошептала Ева. – Что за красота!

Оглядевшись, она увидела настоящий лабиринт из лент, кладезь пуговиц, поясов, тесемок, шляпок и прочих не подлежащих опознанию предметов, заготовок и аксессуаров.