Дневник Энни Баури

Мальчик тяжело вздохнул. Он был голоден и надеялся на то, что у Энни найдется шоколадный батончик или хотя бы жвачка, ведь все его припасы закончились еще позавчера.

– Это мои родители тебя прислали? – не без надежды в голосе спросил Браун. – Если это так, то напрасно. Я к ним все равно не вернусь. Так что, уходи.

Потный толстяк достал из кармана Вентолин и, встряхнув его, сделал глубокий вдох, опустошив ингалятор еще на одну дозу. Дыхание Тоби вдруг перестало скрипеть, и мальчик с тяжелым сердцем убрал лекарство.

Оно рано или поздно должно закончиться и тогда Тоби, как ни крути, придется вернуться домой. Или умереть от очередного приступа астмы прямо на этом чердаке.

– Никто меня не присылал, – объяснила девочка. – Я сама пришла сюда. Я люблю такие места.

– Какие такие места?

– Такие, как это, – объяснила Баури. – Унылые и заброшенные. Здесь спокойно. Здесь ничего нет, кроме времени, увядающего, словно цветы на окне. Здесь никто не потревожит, и не скажет, что лучше бы тебе сдохнуть.

– Я не понимаю о чем ты.

– А я не надеюсь, – ответила спокойным голосом Энни.

– Ты думаешь, я тупой?

Энни ничего не сказала.

– В школе, – произнес с гордостью Тоби, – я всегда побеждал в интеллектуальных викторинах. Всегда.

– Неужели, – с безразличием в голосе произнесла Баури. – Слушай, у тебя тут оказывается здорово. – Девочка огляделась и, отмеряя чердак большими шагами, подошла к окну. – Все как на ладони. Видно тропу и железную дорогу.

Странно, что тебя все еще никто не нашел.

– Чего тебе нужно? – повторил Тоби.

– У тебя есть пиво?

– Нет, – ответил Тоби и бросил печальный взгляд на рюкзак, что давно опустел. Даже крошки рассыпавшегося когда-то печенья в одном из карманов, и то были съедены. Сначала Тоби съел самые крупные из них, а затем и все остальные, даже не обратив внимания, что они были вперемешку с песком. – А вообще-то, детям нельзя пить пиво.

– Разве? – искренне удивилась Энни. – Мой отчим считает иначе, и неоднократно предлагал мне выпить вместе с ним пиво.

– Но я сейчас так голоден, – едва не заплакал Браун, – что и от глотка пива не отказался бы.

Обрывки солнечного света пробивались сквозь многочисленные щели крыши и в этом сиянии, пыль становилась золотой. Энни протянула руку, и блестящие частицы затанцевали на ее ладони. Энни улыбнулась. Девочка, почему то вспомнила сказки о принцессах, красивых и запертых в одиноких башнях.