Когда ты вернешься. Книга 2

Мама подошла к столу и присела возле меня.

– Я в этом уверена, Чарли.

Она никогда не была намеренно жестокой, но и правды не боялась – говорила все как есть. Она и тогда говорила, что я должна сказать правду Оливеру – он простит меня. Простит, потому что любит, потому что это Олли, и он не сможет без меня, поэтому примет несмотря ни на что.

Но разве это было бы честно по отношению к нему? Я не думала так тогда, не думаю и сейчас.

– Мне следовало рассказать все твоему отцу, – горько вздохнула мама.

 – Уж он смог бы остановить тебя.

– Ты не сделала этого, потому что я умоляла тебя об этом. Тебе себя винить не в чем.

Мне было больно от того, что мама могла считать, будто виновата в чем-то.

– Это не так. Ты мой ребенок, я в ответе за тебя. – Она упрямо поджала губы, но предательский блеск глаз выдал ее. – Ты была юной и напуганной, мне необходимо было лучше позаботиться о тебе.

– Мам, перестань, – сдавленно попросила я. – Не надо. – Я протянула руку, сжав ее ладонь. – Не обвиняй себя в моих ошибках.

Я вынула фотографию Зака из кармана, приготовившись рассказать маме, что следила за его жизнью в течение долгого времени.

– Что это? – слегка нахмурилась она, когда я передала снимок ей. – Это…

– Да. – Я кивнула – мама, не отрываясь, смотрела на фото. – Это мой сын. Его зовут Зак.

Мама приложила ладонь к губам – пальцы ее дрожали, она была взволнованна и сбита с толку.

– Давно он у тебя? – Ее растерянный взгляд обратился ко мне.

– У меня много его снимков.

Несколько лет назад я наняла частного детектива, и он отыскал семью, которая усыновила Зака. До недавнего времени он периодически сообщал мне сведения о нем.

Я не призналась маме, что и сама провела не один час в засаде, издалека наблюдая за мальчиком.

– Шарлотта! – ахнула мама, глядя на меня со смесью жалости и неодобрения.

– Ты была права, когда говорила, что я стану жалеть. – Я смахнула скатившуюся по щеке слезу. – Жаль, что я тебя тогда слушать не стала. Это случилось раньше, чем я ожидала, но недостаточно, чтобы можно было что-то изменить.

Я знала, что это семья из Лос-Анджелеса, и я… просто собрала свои вещи однажды и купила билет на поезд.

Мама внимательно слушала меня, а я говорила и говорила, потому что мне давно уже надо было выговориться. Мне нужно было, чтобы меня выслушали.

– Он очень красивый, – улыбнулась мама, когда я замолчала. – Похож на тебя.

В Заке и правда было многое от меня, но и от отца также.