Между нами

В танцклассе все проблемы оставались за внешними стенами – в мире была лишь я и магия танца.

Именно поэтому я оделась, оставила все еще дрыхнущей Джун записку и отправилась в театр.

ДЭНИЕЛ

Неделю после переезда мне пришлось жить в отеле, но наконец-то сегодня я мог въехать в свою квартиру.

Номер в The Laslett был одним из лучших, но отель есть отель. Я ценил свое личное пространство и уединение, поэтому так ждал этого дня.

Кое-какие из моих вещей, которые доставили из Нью-Йорка недавно, хранились в моем кабинете в театре.

По дороге к новому дому я заехал, чтобы забрать их.

В субботу днем театр был необычайно тих, хотя в другое время тут царила суета. Но в такие моменты, когда казалось, что здание абсолютно безлюдно, он нравился мне еще больше.

Совершенно случайно выглянув в окно, я заметил хрупкую фигуру, торопящуюся к главному входу. Небольшой рюкзак болтался на одном плече девушки, а волосы, собранные в высокий хвост, раскачивался в такт шагу.

Я узнал ее – это была Микаэлла – девушка, которая всякий раз при встрече старалась вывести меня из себя.

Девушка, которая считала, что я не способен улыбаться.

Девушка, которая на мгновение напомнила мне кое-кого другого из прошлого.

Я нахмурился, отойдя от окна. Неужели мне на самом деле показалось, что она похожа на Лекси?

Нет, ерунда. В них не было ничего общего. Во всяком случае, я не припомню, чтобы Лекси обладала такой способностью раздражать меня, которая есть у мисс Новак. Я сомневался, что мы сработаемся.

Рано или поздно кто-то обязательно сдастся.

И это буду не я.

Я в недовольстве уставился на премию Тони, лежащую поверх одной из коробок. Все никак не поставлю ее на полку. Впрочем, я не был любителем выпячивать свои награды.

Да, я ее получил. И да, она очень значительная.

Все, точка. Мне не нужно постоянно глазеть на нее в желании потешить свое эго.

Мое эго и так в порядке.

Может, между ними и было что-то общее. Талант. За долгие годы я встречал много талантливых танцоров.

Но когда я увидел, как танцует Лекси, во мне будто что-то щелкнуло и замкнулось. У нее было призвание. Я видел свет, идущий от нее, и почувствовал, как тянусь к этому свету. Он вытягивал меня из моей собственной тьмы.

А потом он погас, и я ощутил одно из самых сильных разочарований в своей жизни. Возможно то же самое чувствовал мой отец, когда вместо медицины я выбрал недостойный путь «прыгуна в колготах».

Это было моим личным поражением.