Как красные маки…

Игра продолжалась, и я понимала, что это самый эротический момент, который был в моей жизни.

От игры нас отвлёк звонок в дверь, когда Артём срубил моего ферзя.

– Наше мороженое пришло! – хитро улыбаясь произнёс он. – Как – то не во время. Или во время! – добавил он, глядя на мое почти обнаженное тело.

– А почему портье не сообщил? – спросила я, пытаясь отвлечь его взгляд от меня. Понимая, что мне нужно сейчас что – то снимать, я чувствовала, как бешено стучит моё сердце.

– Точно. – удивлённо произнёс он.

Когда Артём ушёл в холл, я начала думать, что делать дальше. Снять что – то из последнего, значит остаться голой.

– А ты что голышом? – спросил Макс, заходя в гостиную.

– Жарко. – ответил Артём, глядя на какие – то бумаги. – Я хотел Пашку отправить утром в офис. Ну, раз ты принёс, то хорошо. Ты не забыл мне скинуть на почту контракты?

Не дождавшись ответа, Артём посмотрел на Макса. Тот стоял онемев. Тогда он резко посмотрел на меня.

– О, чёрт! Ты что не одеваешься?! – в шоке прокричал Артём, как будто я была голой.

Конечно, белье моё было очень даже откровенным, но реакция была такой, как будто я выполнила уговор и сняла что – то. Макс, растерявшись от увиденного, сначала и не понял, что происходит.

– О! Извини! – резко отвернулся он и прокричал из – за спины. – Аня, привет!

– Привет! – ответила я, одеваясь и ловя гневный взгляд Артёма, который говорил «Ты что с ума сошла – при гостях в нижнем белье стоять?»

Раздался звонок, и Артём, переглянувшись с Максом, посмотрел на меня.

– Что?! Я оделась. – сердито произнесла я, как будто меня наказывали беспричинно.

– Не хватало, чтоб тебя курьер с мороженым увидел! – качая головой и улыбаясь, продолжил Артём.

– У вас тут, смотрю, голодные игры. – улыбаясь произнёс Макс, глядя на меня каким – то непонятным взглядом, который я ещё у него не видела.

Когда курьер отдал мороженое, Макс тоже попрощался, желая мне победы.

– На чём мы остановились? – спросил он, улыбаясь и смотря мне в глаза.

– Ты победил. Срубив ферзя, мне шах и мат. – глотая тяжело воздух, ответила я.

– Это я помню. На тебе оставалось две вещи, и одну ты должна была снять. Какую? – тихо спросил он.

– Игра же закончилась. Ты сам сказал до последнего. Вот, ты выиграл.