Хроники Нордланда. Пепел розы

К побережью торопился и Корнелий со своей ангельской милицией, но встретил на полпути объединенные силы Еннеров и Бергквистов, под командованием Ардо Бергквиста. О смерти Лайнела Ардо уже знал и был в горе и ярости – он любил своего старинного друга и родственника. Но о захвате Северной Звезды и смерти Луизы еще не знал, так же, как и о том, какой опасности подвергается его младший сын Кирнан. Сама мысль о захвате Звезды показалась бы любому в Междуречье абсурдной. Так же, впрочем, как и убийство эрла Еннера, в котором все дружно считали виновным Еноха.

«Пацан всегда был туповат слегка, – бесился Ардо, – но чтобы настолько! Нет, выгоды ему никакой от смерти Лайнела не светит! Я лично его на плаху отведу, дайте только с бешеным быдлом разобраться!». Дворяне Северного Междуречья все еще считали Корнелия и его последователей каким-то сбродом, оборзевшим от безнаказанности, и были полны решимости проучить это быдло. Их роковая ошибка была в том, что они даже не потрудились как следует изучить противника. Да, Ардо знал, что среди сподвижников Корнелия есть рыцари. Но какие?! Какой-то непризнанный бастард? Однощитная безземельная шваль? Серьезно?.. Ардо ограничился тем, что узнал количество людей Корнелия, и выяснил, что их примерно столько же, сколько и у него, считая обоз. То есть, кучка жалкого сброда с парой-тройкой рыцарей, против его хорошо вооруженного профессионального войска!

Но армия Корнелия была уже совсем иной.

После взятия и уничтожения Брэдрика к нему присоединились еще мелкие рыцари со своими людьми, в жажде легкой наживы и передела собственности; простые люди шли к нему толпами; подошло даже многочисленное и неплохо вооружённое подкрепление из Анвалона. Анвалонцы традиционно славились своими арбалетчиками и бойцами, виртуозно владеющими тяжелым скандинавским оружием: боевыми топорами и клейморами. Народная молва сама превратила помешанного на сексе попика в борца за справедливость. Люди шли сражаться не за чистоту человеческой расы и искоренение блуда, они шли биться против всего, что так угнетало и злило их в последние годы. Их злили бродяги из Далвегана, которых винили в том, что в Междуречье возросла преступность, стали слишком частыми мелкие кражи и разбойные налеты. Что стало невозможно, как раньше, «в старые добрые времена», не запирать двери в домах и не бояться прохожих, которых любой мог позвать в гости.