Давшая клятву

Лошадь, наконец, перестала дрожать и косилась широко раскрытым голубым глазом на кучку пепла. Шумно выдохнув розовыми ноздрями, Леди Перл наступила на нее.

– Я чувствую то же самое, – прошептала Хейвен своей кобыле, помогая Беллу сесть ей на спину. Лицо принца было цвета старой кости; он, вероятно, еще не оправился от шока.

И опять же, она чувствовала то же самое.

* * *

С каждой секундой, проведенной под ласковыми поцелуями теплого солнца, учащенный пульс Хейвен все больше замедлялся, а воспоминания о звере и полученной Беллом рунной магии рассеивались.

Нет… то была не рунная магия. Они не могли с уверенностью сказать, что это было.

Белл тоже, казалось, расслабился теперь, когда темнота леса осталась позади, и его щеки слегка порозовели. Принц даже улыбнулся, когда они проезжали мимо сада хурмы, где среди янтарной и зеленой листвы виднелись оранжевые плоды, а в воздухе витал насыщенный и пьянящий аромат нагретых солнцем опавших фруктов.

Несмотря ни на что, у Хейвен потекли слюнки.

Сейчас было не самое подходящее время для еды, но, с другой стороны, Хейвен всегда была голодна – она так и не позавтракала как следует, только перехватила несколько жалких пирожных. Следующие несколько минут девушка провела, мечтая о еде, которую возьмет с собой в дорогу.

Но вскоре ее мысли вернулись к более насущной проблеме побега.

Беспокойство по поводу того, что их поймают, быстро уступило место нервному возбуждению. Теперь, когда Хейвен наконец позволила себе поверить, что побег возможен, в ее груди затеплилась надежда.

Впервые за много лет она почувствовала легкость. Как будто тяжесть свалилась с ее плеч.

Девять лет – достаточный срок, чтобы обжиться на одном месте, но Пенриф так и не стал ее домом. Хейвен вспомнилось обещание, которое она дала себе много лет назад: вернуться в семью, из которой ее похитили.

Обрывки памяти подсказывали девушке, что ее привезли из-за моря, из королевства Солиссия, но это было все, что она знала.

Но и этого достаточно.

Этого должно быть достаточно.

Хейвен невольно улыбнулась. Вдвоем с Беллом она найдет свой дом и родных людей. И по-прежнему сможет выполнить клятву, которую дала Беллу в тот день, когда стала его личным телохранителем, а также при необходимости отдать свою жизнь за него.

Крики королевских стражников отвлекли девушку от раздумий; она даже не заметила, как добралась до храма. Сооружение, увенчанное золотым куполом, окружала гораздо более дружелюбная толпа.