Хакни меня

Потому я выпрямила спину, задрала подбородок и громко, внятно проговорила:

– Чего же вы сразу орете, Глебарисыч? Сначала бы спросили, могу ли я это разумно объяснить! Вдруг у меня настолько серьезная причина, что через минуту вам будет стыдно за этот тон?! Но я сейчас я вспомнила, что причины у меня нет. Хорошо, орите.

Он почему-то отвернулся от меня к окну – и я не поняла, рассмешила его своим оправданием или еще больше разозлила. Безрезультатно покряхтела в проеме и пошла в общий зал, чтобы начать мучительный обход каждого сотрудника.

Обедали они сегодня в полпятого – по-моему, ничего страшного, за такой интересной работой про еду вообще должно быть некогда думать.

На меня никто и не ругался, а многие, наоборот, благодарили:

– Спасибо, Ладушка! Не переживай, сразу во всем невозможно разобраться, а в каждой организации свои традиции!

– Что вы, что вы, – смиренно отвечала я. – Сергея благодарите.

Чтоб ему пусто было.

Хотя я даже не знала, кого мысленно проклинать – в штате я насчитала восемь штук Сергеев.

Общение со всеми подряд сотрудниками вымотало меня донельзя, страшно хотелось спрятаться в шкаф и хоть полчаса отсидеться в темноте. Но в конце рабочего дня я буквально заставила себя направиться к стайке женщин, которые решили устроить короткое чаепитие. Помялась немного в стороне, но не удивилась, когда меня окликнули и заставили сделать еще один шаг:

– Не стесняйся, садись за стол.

Ты крепкий чай пьешь?

Мне была нужна эта компания для сбора необходимой информации. В фильмах показывают, что именно женские коллективы являют собой змеиное гнездо, где культивируются все сплетни. Поэтому я отхлебнула горячего чая и отважилась:

– А Глебарисыч меня сегодня до офиса подвез. Как думаете, заявление о сексуальных домогательствах сейчас писать или повременить до завтра?

Они звонко расхохотались, восприняв как удачную шутку.

Моя самая первая знакомая, Татьяна Михайловна, поспешила рассказать душевную историю:

– При чем тут домогательства, Ладушка? Золотой человек наш Жеглов! Он меня почти год от садика до работы подвозил, я никак не успевала – детей принимают с восьми, а оттуда до станции метро только сорок минут добираться. Потом, когда я уже свою машину купила, только помогать перестал.

Я задумалась.