Королевство Кинзи

Когда Рик вышел из ванной, я чинно восседала на диване и пялилась в экран собственного сотового.

– Добрый вечер, напарница.

– Добрый, – я окинула его взглядом – в футболке и спортивных штанах. Похоже, тоже нащеголялся вдоволь передо мной нагишом. – Давай уже завтракать! И пошевеливайся, шеф-повар, а то я вчера из-за тебя омаров не поела! Пошевеливайся, напарник!

И он снова, вопреки всем моим предположениям, не стал ерепениться:

– Омлет с беконом сойдет?

– Сойдет…

Я растерялась, потому как по всем законам жанра он обязан был выдать какую-нибудь саркастическую колкость.

Похоже, Рик склонен шутить только в те моменты, когда этого не ожидаешь. А если постоянно ожидаешь, то он становится наимилейшим на свете лапочкой. И это оказалось весьма скучным зрелищем.

И ведь даже завтрак оказался съедобным – при всем желании сложно придраться. Я с набитым ртом поинтересовалась:

– В следующем году возьмешь меня в напарницы на игрища?

Он тоже жевал, зато глаза смеялись.

Полное отсутствие актерского мастерства: Рик может изображать серьезную мину, но глазами будто не управляет – они у него предательски искрятся, если господину весело.

– Наверное, возьму. Ты ведь лучше всех оплачиваешь такси! А мы за ночь ого-го какую сумму накатали!

– Ты точно снимок удалил? Никому не переслал до того или еще что? А то через пару дней всплывет…

И его глаза перестали искриться – он слегка наклонился и произнес:

– Клэрис Кинзи, я подшутил над тобой, но уж точно не для того, чтобы как-то использовать.

Мы напарники! Ну, по крайней мере на одну ночь ими были. Так вот, напарники могут подкалывать друг друга, могут ссориться, но никогда не вынесут мусор наружу. Понятия не имею, кем ты меня считаешь.

От серьезности его лица и тона мне стало немного не по себе. Но ответила только:

– Вором считаю. Но нет, я не думаю, что про снимок ты меня обманул.

– Вот и славно, – видимо, от несправедливости моего предположения у него испортилось настроение.

Извиняться я не собиралась – не за что тут извиняться, а его должок передо мной еще весит прилично. Но после завтрака, больше подходящего по времени для ужина, я все же собралась уходить.

– До понедельника, Рик Ройшоу. Почти все было здорово. Будет что вспомнить на смертном одре.

– До понедельника, Клэрис Кинзи. А по мне, так все было здорово без «почти». Я даже знаю, какой именно момент вспомнится первым. И это будут не хабанеро.