Неслучайности

Да вот только почему так выходит, что подлые Вадимы Александровичи имеют всё, в том числе и возможность использовать таланты таких, как Денис? Разве после этого мир – справедливое место?

Теперь Яна жалела, что так и не удосужилась получить права. Конечно, под рукой у нее всегда был водитель и в случае необходимости она могла обратиться к нему. Но тот ведь тоже человек и сделает свои неверные выводы, когда увидит, что дочь его босса следит за каким-то парнем.

Поэтому она, как и собиралась, оставила Вадима в покое до выходных, сосредоточив внимание на Светлане.

И пришла к выводу, что опасения были не напрасны – с мачехой явно происходило что-то странное. Всегда безбрежно спокойная и тихая, Светлана начала выказывать какие-то признаки нервозности. Яна решила, что было бы неплохо поговорить с ней прямо, уличив подходящий момент за ужином в такой день, когда отец задержался на работе.

– Света, – она с самого детства обращалась к той по имени. – А ты никогда не хотела устроиться на работу?

– Хотела! – неожиданно импульсивно отозвалась женщина.

 – В смысле, теперь хочу! Я целый день чем-то занята, но все стало казаться таким неважным…

Ну да, занята она. Если «подруги», «салоны», «любовные романы», «спа», «уход за невероятно дорогим щенком мальтезе» и «шопинг» можно считать занятиями. У той даже образования не было – она выскочила замуж за отца, и на том все ее потуги обустроить самостоятельную жизнь закончились. С тех пор ей не позволяли ни в чем нуждаться. Так что вдруг изменилось?

– Правда? А кем, где?

– Я… не знаю, Ян, – та, очевидно, уже пожалела о первом импульсе, а теперь была вынуждена хоть как-то закончить эту тему.

 – Секретарем, например… Или могла бы начать учебу на заочном. Я не знаю…

Яна не сводила с нее глаз, пытаясь понять, что происходит. Жена отца пребывала не в своей тарелке, и это шло вразрез с ее образом, установившимся за последние десять лет.

– Света, а ты счастлива? – неожиданно для самой себя спросила Яна.

И тут мачеха застыла. Впечатала стеклянный взгляд в стену и перестала дышать, а потом заторможено встала и отправилась на выход из столовой.

Яна почти таким же мертвым взглядом рассматривала ее нетронутый ужин и боялась сформулировать ответ. Она всегда считала Светлану той, которая незаслуженно получила все блага, что только можно получить за такую фигуру, цвет волос и разрез глаз. И при этом имела достаточную свободу во всем, потому что отец никогда не донимал ее ни контролем, ни ревностью.