Коснуться мира твоего

Если Отец решит даровать мне новый день, то ни мутанты, ни обезьяны меня не найдут.

Голоса раздались почти рядом. Я вздрогнула, но не издала ни звука.

– Он куда-то сюда побежал…

– Да видел я. Пересрался поди так, что пятки сейчас сверкают где-нибудь у Города Травы.

Тихий смех.

– Шо, До, вы где? Поищите уже, а, ленивые псины!

– Шо за Кирком вроде побежал, его теперь хрен дозовешься, а До, кажется, ранили из огнестрела в самом начале.

– Вот как пожрать – так они в первых рядах, а как делом заняться…

У обезьян не было фонариков и, возможно, это меня спасло.

Уверовав в то, что я вряд ли остановилась бы прямо у них под носом, они у себя под носом и не искали. Осмотрелись еще разок да ушли.

Только после этого я выдохнула. Спасибо, Отец! Утром я подойду к двери – и, посмотрев в перископ, мне откроют. Я получу, наверное, десять нарядов от сержанта. Или меня вообще выгонят из гарнизона, но сейчас это почему-то совсем не волновало. Теперь я была согласна с теми, кто считал, что даже во внутреннюю охрану девушек принимать нельзя – я и сама удивлялась непроходимой своей глупости.

Удивлялась – но была счастлива до одури, что до сих пор жива. Или этот воздух имеет и опьяняющий эффект?

Через час я уже и слышала лучше – теперь мне казалось, что голые кусты рядом тихонько стрекочут, где-то вдали раздаются звуки, природу которых я по неопытности определить бы не смогла. Обезьяны ушли, сделав свое черное дело. Забрали несколько жизней ради пузырька таблеток и просто ушли.

Звери, что хуже мутантов.

Становилось все холоднее и холоднее. Сначала меня трясло мелко, но потом я уже почти не могла контролировать тело. Я никогда в жизни так не замерзала и даже не представляла, что такое возможно. Так… надо вспомнить, как бороться с обморожением. Другой одежды у меня под рукой не обнаружилось, но, если не ошибаюсь, могут помочь физические упражнения… Я не была в этом уверена, да и выдавать себя до сих пор боялась, но со временем поняла – я замерзну тут насмерть, если ничего не предприму.

И даже рискуя привлечь какого-нибудь мутанта, я поднялась на закаменевших ногах и попыталась размять мышцы. Страшно хотелось пить, но я заставляла себя наклонять корпус, а потом прыгать. И ведь я даже не представляла себе, сколько еще ждать, пока темнота не уйдет!

Страх прошел, когда самочувствие стало невыносимым: жажда, холод и головокружение делали из меня тряпичную куклу.