Коснуться мира твоего

Она ответила тут же – и более звонко, чем говорила с нами:

– Уйдешь! Помнишь, Закари, нам было лет по восемь, когда мы решили, что получать наказание обоим ни к чему? Умирать нам обоим уж точно не нужно.

– И как же мне жить потом, зная, на что ты пошла? Они все равно убьют тебя. Сначала поиздеваются вдоволь, а потом убьют.

– Так и будет. Но ты утешайся тем, что мне повезло хотя бы в том, что я бесплодна… Так что мне не придется жить слишком долго.

– Я не смогу… Кханника…

– Сможешь! – ее голос стал совсем уверенным.

Женщина, утешающая мужчину, – это совсем по-нашему. И кажется, я ошибся на их счет. Она не просто жила в его доме, а что-то еще ближе. Возможно, сестра. Смог бы я отдать жизнь за жизнь одной из своих сестер? К счастью, мне никогда не приходилось об этом задумываться.

Они долго молчали, а потом девушка заговорила тише, печальнее:

– Передай Зельмине, чтоб не плакала по мне. Пусть создаст семью… Если Отец позволит мне на нее потом взглянуть… ты скажи ей, я буду рада, если она будет жить счастливо.

Снова тишина.

– Я передам… Но она все равно станет плакать.

Конечно, я не понимал, о чем они говорят, но будто заражался этой тоской.

– Тебе больно, Закари? Обезьяны отрезали тебе пальцы?

– Нет, мне не больно.

– Врешь. Но это ничего… И если Отец позволит мне взглянуть на тебя, а я увижу, что ты печален, то я тебе потолок на голову скину!

– Я найду тебя, Кханника. Если ты еще будешь жива, то я найду тебя… Обещаю!

Я вынырнул из палатки, но успел сделать только пару шагов, как прямо перед моим носом пронеслась капля.

– Дождь! – заорал я, но со всех сторон уже бежали наши, поглядывая вверх, чтобы пытаться увернуться от тяжелых густых капель.

Все спешно забегали в палатки, Шо и До тоже вскочили на ноги, но они дождя не боялись. Кислота не была настолько сильной, чтобы убить или серьезно покалечить, если только под этим дождем на часок не остаться, но получить пару долгозаживающих язв – то еще удовольствие.

Я бросился к девушке, отвязал ее руки и зашвырнул в ближайшую палатку.

– Что происходит? – она, видимо, успела только уловить всеобщий ажиотаж. – Закари!

– Черт…

Я схватил плащ, сделанный из той же кожи, что и палатка, и снова выбежал наружу. Широкоплечее тело охотника толкнул туда же, а потом сразу опять связал ему руки за спиной – у него удар крепкий, может и натворить дел, пока все прячутся от кислотного дождя.

– Черт, – повторил я.