Перекресток двух полос

Они много пропустили, попытки догнать хвосты за зачетную неделю оценили не все преподы. По высшей математике всей троице недавних круглых отличников предложили четверки автоматами. Ник с Женькой согласились, но Вера в последний момент передумала и попросила возможность пересдать. Дело все еще было в ее неизлечимом достигаторстве, но сыграло роль и другое: мысль, насколько неотвратимо изменилась их жизнь. Одна четверка даже диплом не перекрасит из красного цвета в синий, но для Веры стало важно поставить эту галочку – как символ того, что кое-что осталось прежним, а значит, и все остальное со временем удастся вернуть.

* * *

К нужному месту они добрались в обед следующего дня. Вера поубавила скепсиса, оценив горбатую горгулью поверх углового стока. Музей был открыт, но на билеты тратиться всем троим не было никакого смысла, потому отправили только Веру – она своим ясновидением должна была убедиться, что место они угадали верно. Через пятнадцать минут Вера выбежала из музея и выглядела совсем иначе, чем в долгие и унылые дни до того – вот так сказывается на выражении лица настоящая возможность:

– Это она! Та самая книга! Во втором выставочном зале, под стеклом! Я почти уверена!

– Зеленая? – обрадовался и Женька.

– Нет, темно-коричневая, но предсказания никогда не сбываются буквально! Я сейчас поняла, что обложка из кожи… Надеюсь, не человеческой? – Вера отмахнулась от неприятной мысли, чтобы вернуться к радостной: – Ребята, эта книга чем-то нам очень поможет, теперь у нас появилась надежда на поиск путей спасения Захара! Какое-то непонятное старинное издание.

Женька перешел в режим планирования:

– Ясен пень, она нам нужна. Но совсем не ясен пень, как ее оттуда вытащить. Покажи еще раз ее размеры, – он посмотрел на раздвинутые руки Веры и присвистнул. – Немаленькая. Такую за пазухой не спрячешь. Плюс она под стеклом. И может быть подключена сигнализация.

– Сигнализация? – Николай рассматривал окна музея, чтобы прикинуть, откуда начинать штурм.

– Отсутствие посетителей – тоже плохо! – у Женьки был дар портить любой безумный план разумными доводами. – Все сотрудники на нас и будут смотреть. А ночью уж точно или сигнализацию включат, или охранника посадят.

– Хватит хандрить, Евгений Михайлович! – возмутился Николай.