Рассветница-2: Закат

– Капля добра? Откуда? Но раз все такие злые, то мне и невыгодно мельтешить перед носом.

Марина смотрела рассеянно вперед. Ее любопытство было перемешано с какой-то апатией – все следствие бардака в мыслях. Но все равно поинтересовалась:

– Кстати, а Алиса согласилась на эту сделку?

Он тоже откинулся на спинку скамьи и уставился туда же – в никуда.

– Что зависит от моего ответа? Ты перестанешь с ней здороваться?

– То есть согласилась?

– Я этого не говорил.

– А ты вообще умеешь быть искренним?

– Конечно.

Если это сулит какие-то бонусы.

– Хайш, если я узнаю, что ты это сделал против ее воли, я тебя убью.

– Ага. Попробуй.

– К разлому тебе тоже не подобраться. Так что уезжай из города – сделай себе одолжение.

– Не могу. С кем еще мне вести такие светские беседы?

– Я не удивлена, что у тебя нет друзей.

– Есть. Гончие. Точнее только Шарик.

– Не дави на жалость, Хайш. Это перестало работать.

– Прискорбно. Ладно, рассветница, раз такое дело, то мне, пожалуй, и впрямь лучше свалить.

Он встал, и Марина дала волю своему интересу:

– Подожди. Ты правда боролся со злыми духами, или это очередное вранье?

– Боролся, – он лучезарно улыбнулся. – Зачем мне врать?

– Потому что всегда есть подвох.

Хайш на секунду закусил нижнюю губу и глянул в сторону. Но потом все же выдал:

– Подвох есть, суицидница. Я делал это не так, как делаете вы.

– Расскажи.

Он пару секунд взвешивал, стоит ли откровенничать или в сотый раз сморозить какую-нибудь раздражающую ерунду.

Победило его извечное желание болтать:

– Одно дело было в Греции. Я спросил у призраков имя их убийцы, нашел его, притащил в квартиру, а дальше не мешал. Потом только сжег труп и взял с владелицы плату. О подробностях ей не сообщал.

Марина изумленно открыла рот, не сумев справиться с эмоциями. Врать о таком демону ни к чему. Да, рассветники так не поступают. Но сходу и не решишь, чьи действия правильнее.

Хайш ее реакцию заметил:

– Что тебя беспокоит, суицидница?

И она решилась на откровенность – от произнесенных слов ведь беды не будет:

– Мне не дают покоя такие дела.

Когда мы просто оставляем убийц без наказания. Да, мы прогоняем призраков, но в душе остается какой-то вакуум. Знать бы точно, что полиция до них рано или поздно доберется. Но мы и этого не знаем.

Он улыбнулся как-то иначе – с интересом, не играя.

– Ты понимаешь, что говоришь об убийцах с убийцей?

– Понимаю. Но ведь ты и есть зло.