Звездунец

 – Как вы так правильно угадали? У Вячеслава большое будущее, а вы его раскусили с первого взгляда!

Виталий Игнатьевич смотрел на наши лица с таким видом, будто его вот-вот стошнит. Но в нашу защиту неожиданно выступил хладнокровный ассистент:

– А почему нет? Они в первых эпизодах мелькнут для смеха, зато сценарий не придется переписывать. Потом спокойно уедут домой. Представим как начинающих актеров второго плана, они дополнят атмосферу разнообразия состава. Да, они не приведут к нам фанатов, но Никитины тоже уже не приведут – так в чем разница?

Исполнительный продюсер успокоился, нехотя кивнул и гаркнул на трясущегося бледного мужичка:

– Ладно, Дмитрий Алексеевич, бери их под свое крыло, раз косяк за вашим агентством.

Неустойку твои Никитины заплатят, но надо бы еще и хвосты подчистить.

– Безусловно! – воспрянул духом тот. – Все сделаю в лучшем виде!

Уже через пять минут нам всучили договоры – я подписала, не читая. Эдик свой читал мне вслух, потому ничего нового я там не увижу.

Главным призом реалити-шоу объявлено пять миллионов рублей – это чтобы зрителей лишний раз гонорарами знаменитостей не напрягать. На самом деле некоторые участники в месяц зарабатывают больше. Но самое главное – платят за каждый съемочный день в шоу, а у меня как раз пока работы нет. Я мечтала поехать не из-за доходов, конечно, и загоревшиеся глаза Эдика подтверждали, что он тоже рад возможности не расставаться.

Но Слава, некоторое время пребывавший в полном оцепенении, вдруг начал артачиться:

– Мне это не надо. У меня работа. Да я вообще стараюсь держаться подальше от камер.

Тоня его уговаривала:

– Ты же все равно из дома свои сайты ваяешь – какая тебе разница, какой будет пейзаж за окном?

Я тоже подкидывала аргументов, боясь, что план сорвется лишь из-за его вредности:

– Ты пункт 4.2 видел? Даже если нас с тобой через неделю домой отправят – деньги лишними не бывают.

Подзаработаешь!

Айтишник посмотрел на меня удивленно:

– Да я и так не жалуюсь.

Окончательно убедили его не мы, а наш новоиспеченный менеджер Дмитрий Алексеевич. Он судорожно шептал одеревеневшему парню Тони в ухо:

– Не хорони, Славочка! Это нервное чмо мне жизни не даст, если я сейчас не выкручусь.

Тот поднял на него свои пронзительные глаза и потребовал:

– Для вас я Вячеслав Сергеевич.