Карты четырех царств. Серия «Срединное царство». Книга вторая

Вожаку хватило ума молча выслушать приказ Рэкста и сразу же заставить случайного гонца повторить его, проверяя, выучены слова – или же перевраны. После третьего пересказа с многими запинками и вздохами, но без единого отступления от текста, вожак поверил и недовольно поморщился. Ему не хотелось спешно покидать село, тем более так – расплатившись и не оставив по себе дурной памяти… Был невнятен и приказ двигаться к замку на перевале и безвылазно сидеть там, пока не явится старый барон. Но приказы беса не таковы, чтобы их оспаривать.

– Сядь, – вожак пнул слепого. Шагнул мимо, заорал в коридор, погнал гулкое эхо: – Эй, хозяин! Ползи, гнида, свезло тебе, платим и валим! Коней седлать, беспробудную пьянь валить в возок!

Наёмник заливисто свистнул. Постоялый двор заскрипел, зашевелился общим недоумением, загудел спешным приготовлением к отъезду. Перекликались басовитые голоса, топали сапоги. Метались шёпоты и вздохи слуг…

Ан усмехнулся: дело сделано. Без крови, без прямого объявления своего имени… пора бы тихо сгинуть, но – не получается: крепкая рука вцепилась в ворот.

– Погасни, тля помоечная, – прошипел в самое ухо вожак и накрутил на кулак ворот куртки, норовя слегка удушить и напугать. – С нами двинешь отсель. Кто весть от беса донёс, тому и почёт… бесовский. Чё, не знал?

Ответ не требовался. Вервр мрачно покривился. Он, в общем-то, знал и своих людишек, и ту помойку из зависти, страха и самомнения, что смердит в их душах. Он, правда, никогда не обращал внимания на мелочи.

«Горевестника» тащили в обозе до переправы. На глубоком месте пнули в спину, с борта – да в ледяную воду… а прежде камешек на шею повесили, не позабыли…

Добравшись до берега в насквозь мокрой одежде, и это второй раз за бесконечную ночь, вервр был не просто зол – он аж светился стеклянно-ломкой яростью. По волосам с шорохом пробегали искры, и бес знал: они багряные, как свежая кровь. Чего стоило сохранять волосы «человечьими» всё время, пока жертву везли и пинали… Он и теперь еле сдерживался, уговаривая себя не догонять ублюдков и не рвать их, не давить, не размазывать по дну повозок, наполненных сивушными парами.

– Клог, зар-раза, – рычал вервр, лязгая зубами не от холода, а от зажатой в них намертво злости, – Клог хэш Ул, ты умр-рёшь не ср-разу, стр-радай заранее! Ты… ты…

Впервые за неисчислимое время жизни вервр не нашел годных угроз.