Карты четырех царств. Серия «Срединное царство». Книга вторая

Наказание подлеца Ула стало делом, требующим холодного и неспешного обсуждения с самим собою. Пока же вервр был слишком занят: бежал во весь дух, греясь и выгоняя из тела ярость, подобную гною, остро-болезненную. Вервр мчался, и ненависть тянулась за ним черными крыльями – каменными, не дающими ни полёта, ни широкого взгляда на мир…

Рычание и шипение оборвались в единый миг. Вервр расслышал отчаянно бьющийся бубенчик, споткнулся и замер.

Ан подставил лицо дождю пополам со снегом. Принюхался. Чтобы наказать врага, надо прежде стерпеть данную им казнь.

Только затем будет возможно огласить свою, ответную. Чтобы дотянуть до казни Клога, надо сберечь жизнь никчёмному детёнышу атлов. А для этого прямо теперь требуются – вот же мелочи досадные – коза и дрова. Так почему добытую с таким трудом козу сейчас, посреди ночи, волокут на верёвке обратно в село? Почему на пороге покосившейся избы бессильно всхлипывает старуха?

Вервр резво развернулся и в несколько прыжков очутился возле козы.

По ушам ударил знакомый визг служанки – «болотник!»…

– Аш-ш пш-шла прочь, – прошипел вервр, выдрал верёвку из рук девки.

Коза от происходящего взбодрилась – и попыталась насадить ближнего двуногого на рога. Вервр, конечно, уклонился, но обозлился пуще прежнего. Взвалил брыкающуюся собственность на плечо и поволок домой.

– А-аа! – проверещала девка и шлепнулась в грязь. Довольно долго оставалась там, неподвижная, без сил. События ночи исчерпали её способность испытывать страх.

Поэтому девка не смолчала и, отдышавшись, заорала визгливо-требовательно: – Эй! Хозяин сказывал: утоп охальник, возверни козу. Эй! Ты почему не утоп? Эй! Э-эй…

– Потому что болотник! – не оборачиваясь, прорычал вервр. Добежал до лачуги, сгрузил козу и поклонился старухе. – Годная коза? Годная?

– Годная, – подавленно согласилась та, но хотя бы прекратила плакать. – Живуч ты, мил человек. В самое время вернулся… а я только села доить-то, тут и началося… сгинул, говорят.

Вор, говорят… Всяко говорят.

– Людишки, – поморщился вервр. Сунулся в сени, сбросил промокшую куртку, на ощупь отыскал дерюгу и замотался в сухое. – Дрова привезли?

– Какое там, – отмахнулась старуха и, щекоча козу под горлом, уговорила добровольно войти в сени. – Ежели ту соплюху послушать, выходит, в постоялом дворе слух гуляет: на тебе вина за учинённый в селе разбой, ты и есть всей шайке тайный заводила.

– Я и есть, – повторил с разгона вервр.