Любовь, граничащая с безумием

Да и с угрозой девушка сморозила глупость: какое ему дело до того, что она помрет от голода. Если только будет в угоду, избавится от ненужного балласта. И это неудивительно, ибо граф не скрывает своей неприязни к убийце брата. Пусть даже и косвенно, но он винит Кэт. И она совершенно не понимает, почему Мишель сохранил ей жизнь. Или же все впереди?

Дверной замок скрипнул, когда Кэтрин дремала, сидя в кресле, укутавшись в покрывало. Лампы в комнате давно догорели, а камин так никто и не удосужился разжечь.

От этого вокруг царила темнота, и лишь тусклый свет луны усердно пытался пробиться сквозь заколоченные ставни.

Сначала из-за двери показался мерцающий свет лампы, а следом за ним девушка сонными глазами разглядела самого графа. Внутри все всколыхнулось, словно воскликнув: «Пришел», и страх вместе с холодом тут же мурашками пронесся по телу. Вскочив на ноги, Кэтрин испуганно уставилась на Мишеля, и, словно защищаясь, обняла руками покрывало.

– Ты требовала встречи? – спросил он ровным голосом, водрузив лампу на тумбу.

 – К чему такая срочность?

Теперь тень окутала мужчину, а Кэт, наоборот, осветил маячивший свет.

– Меня заперли, не удосужившись объяснить, где я нахожусь, – промямлила растерянно девушка, так как все заготовленные слова вмиг рассеялись.

– А отчего ты считаешь, что кто-то обязан тебе что-то объяснять? – из темноты донесся насмешливый голос графа. Кэтрин не могла видеть его лица, и это ее напрягало.

– Да, вы правы, – согласилась она, не раздумывая.

 – Но даже человек, приговоренный к виселице, знает о своем приговоре. А я понятия не имею, какая участь меня ждет.

– Участь? – переспросил Мишель, шагнув из тени, и теперь Кэт могла лицезреть часть его лица, но глаза так и оставались скрытыми. – Отправлять тебя на виселицу я не собираюсь, по крайней мере в ближайшее время. Надеюсь, это тебя успокоит.

– Не успокоит, – поспешно выдавила девушка. – Ваше решение может быстро измениться, и я должна знать, от чего это будет зависеть?

– Только от тебя, милочка, – насмешливо бросил граф.

– От меня? – изумленно вскинула брови Кэтрин. – По-моему, от меня здесь ничего не зависит! Вы узнали правду и все равно вините меня в смерти Габриэля. Изменить это мне не под силу. И всего лишь дело времени, когда вы исполните приговор, который уже давно мне вынесли.

– Тебе не кажется, что ты слишком много болтаешь? – отрезал Мишель, шагнув еще ближе. – Особенно о том, о чем не стоит.