Предатели

Как она смеет спрашивать, когда сама знает?

Но, выходит, Артем не…

– Понятия не имею, но он лежал весь в крови! – всхлипнув, повторила Лора. – Голова разбита… упал, наверное, но как он умудрился так?.. Я с трудом нащупала пульс! Хорошо, что я не ушла, когда он не стал открывать, а свой ключ использовала, он у меня был… Я столько пережила! Ох, Тина, я не должна вываливать все это на тебя, но…

– Ничего страшного.

Тина с некоторым удовольствием обнаружила, что ее голос стал тверже, но дальше ляпнула то, о чем тут же пожалела:

– Ты можешь приехать ко мне, если хо…

– Я очень хочу! – будто не давая ей передумать, выпалила Лора.

 – Я только что из реанимации, не могла больше там находиться, я ужасная, да?! Там все равно сейчас его родственники, а они смотрят на меня как на очередную его подружку, вообще сквозь меня смотрят… Я очень-очень хочу приехать! Куда? Ты живешь там же?

– Нет, переехала.

– О, наверное, с тем парнем, да? Как его звали, Николай?

– Никита.

Когда-то Тина не поверила бы, если бы ей сказали, что Лора не будет знать имени ее жениха. Впрочем, жених ли он ей по-прежнему – большой вопрос.

«Нужно сказать ему! Сказать, что Артем жив…»

До нее только теперь начало доходить. Все позади. Артем жив! Она не убила его! Конечно, когда он очнется, ее наверняка ждут большие проблемы, но…

Ноги внезапно превратились в желе, колени подкосились, и Тина рухнула на диван.

Облегчение было настолько сокрушительным, что напоминало – она не смогла бы найти другого сравнения – оргазм.

– Это будет ужасно, если мы выпьем? – прошелестела она в трубку.

Плевать, даже если да. В последние сутки она делала так много ужасного. Господи, она слушала «Аббу» на полу рядом с умирающим и бубнила скороговорку, пока ее парень уничтожал улики!..

***

Никита по-прежнему не отвечал ни на звонки, ни на сообщения.

Тина гнала от себя мысли о том, что он все-таки пошел сдаваться, но более оптимистичных версий его местонахождения у нее не было – в отличие от Артема, он не убегал в свою старую квартиру, когда они ругались.

Да они и ругались-то всего несколько раз, если это вообще можно было так назвать. Скорее, то были непринципиальные разногласия, которые вызывали у обоих эмоции, но быстро улаживались.