Радуга взаимности

Я буду мягко направлять вас обоих и давать советы время от времени. Только советы. Еще раз повторяю, помните – это ваши уроки, вы сами их выбрали и сами должны изучить и сдать экзамен. Пройдите испытания до конца. Я желаю вам удачи и жду домой в назначенное время.

Август 2012

– Ты опять плачешь! Ты мама двоих детей, один из которых вот-вот пойдет в школу. Ты должна думать о тетрадях, белых бантах, торжественной линейке и огромном букете гладиолусов, – громогласно рассуждала Марина, глядя на вздрагивающую от рыданий Олесю.

Прислонившись к столешнице, держа в руке чашку с горячим чаем, Марина в который раз пыталась вразумить подругу. Олеся примостилась на краешке стула за обеденным столом, поджав ноги, и напоминала нахохлившегося воробья. Ее волосы были растрепаны, заколка, державшая пучок, давно съехала на бок, но она этого не замечала. Ссутулившись, сгорбившись, она сосредоточенно смотрела в чашку, как будто пыталась по ней разгадать будущее.

– Не шуми, пожалуйста… Диме еще час спать нужно, – прошептала Олеся и подняла на Марину зареванные глаза, – а гладиолусы уже не в моде.

– Одумайся! Твои мысли заняты только одним: сможешь ли ты увидеть его 1 сентября. Опомнись, подруга! Давай! Ты же всегда была сильной. Хотя бы ради детей, им нужна счастливая мама! – продолжала Марина, активно жестикулируя и рискуя вылить на себя еще не остывший чай.

– Я… я не могу… – сквозь поток слез, с полным отчаянием в голосе пролепетала Олеся, – понимаешь, не могу! Я люблю его, люблю! Как тебе объяснить, что такое любовь, если ты никогда ее не испытывала?

– Знаешь, я ведь и обидеться могу на такие слова.

– Извини… Я немного не в себе.

– Ты много не в себе. Олесь, все любят и очень многие страдают. Ты не одна такая на свете и случай твой не уникальный. Сколько песен о любви написано, заметь, в основном о несчастной. Когда все хорошо, не тянет стихи писать, драйв на другие вещи уходит. Вдохновение страдальцев обычно посещает. А я, да, я не страдала от любви, и это не значит, что я не любила.

– Да, помню, там даже закладка лежит на этом стихотворении. Читаю как аффирмации.

Марина взяла томик стихов, лежащих здесь же, на комоде, и зачитала первые два четверостишия.

Никогда ни о чем не жалейте вдогонку,

Если то, что случилось, нельзя изменить.