Тонкий лед

И если нельзя получить счастливую жизнь с тем, к кому потянулась душа, значит, не стоит ввергать их обоих в соблазн. Альвдис понимала, что никогда ни словом, ни взглядом, ни жестом не даст Мейнарду понять, как сильно он задел ее сердце. Знать бы еще, чем…

Настроение у нее не сделалось лучше, когда путники наконец вышли из леса и вдалеке, у причала, Альвдис увидела сквозь пелену дождя чужого «дракона». Это значило, что прибыли гости. В воздухе висел запах дыма, еще усилившийся из-за дождя, и дом Бейнира был хорошо освещен – даже от леса видно.

Придется идти и улыбаться гостям. Альвдис этого совсем не хотелось сейчас, хотя обычно она радовалась, когда приезжали новые люди и можно было поговорить с ними, узнать новости и послушать сказания.

Мейнард прошел с детьми вождя полпути до деревни, а потом поклонился, распрощался и исчез в сгустившихся сумерках, ни разу не оглянувшись. И это огорчило Альвдис еще сильнее. Она молча шла за Тейтом, которого прибытие гостей обрадовало, и он болтал без умолку.

ГЛАВА 7

Хродвальд Черный был одним из дальних соседей Бейнира и владел землями дальше в Аурланде, хотя и не такими богатыми, как здесь.

Путь на «драконе» в гавань Флаама занимал всего несколько часов, и потому Хродвальд приезжал и раньше, а также неоднократно ходил с Бейниром за добычей к далеким берегам. Альвдис знала этого человека и не любила его, хотя отец считал его если не другом, то хорошим приятелем и доблестным воином. Но у мужчин вообще другие понятия о том, кто по нраву и кто нет, женские предпочтения тут бессильны. Хродвальд был некрасив: коренастый и сутулый, похожий на медведя, с плоским лицом, которое заросло неровной щетиной. Но больше всего Альвдис не нравились глаза гостя – маленькие, темные, внимательные. Хродвальд смеялся коротким старческим смехом, хотя ему самому едва исполнилось тридцать или около того. Ходил он всегда в черной одежде, намекая на свою скромность (дескать, в битве на ткани рубахи и куртке не видна кровь врагов, зачем ею хвастаться – и так ясно, что многих убьет этот могучий воин), от души пил и ел на пирах и временами поглядывал на Альвдис так, что она пугалась. Девушка вообще-то мужчин не особо стеснялась, пользуясь своими привилегиями и как женщины, и как дочери вождя. Она умела говорить учтиво, умела расспросить и заинтересоваться тем, о чем рассказывают воины, и потому многие смотрели на нее с восхищением. Только вот с соседом было немного иное дело. Чем именно он отталкивал ее, Альвдис не понимала.