Больше черного

Капитан Гершем наклонился над ним и, пустив струю дыма в лицо ребенку, произнес:

– У тебя началась новая жизнь, сосунок, – и, выпрямившись, добавил, – теперь-то я из тебя дурь выбью.

Мальчишка с трудом поднялся на ноги и, глядя на своего обидчика, так будто хотел испепелить его взглядом, отчетливо проговорил:

– Верни меня назад, урод!

Гершем осклабился и толкнул мальчонку одним пальцем, от чего ребенок вновь упал. К этому времени на палубе собралось еще несколько человек, с интересом наблюдавших за этой неприглядной сценой.

Капитан дал знак какому-то верзиле приблизиться.

– Вот что, мистер Брайн, всыпь-ка парню пяток горячих. Пора заняться его воспитанием. Парень здорово распустился.

Боцман, коего Гершем назвал мистером Брайном, без слов, медленно вытащил из-за широкого ремня плеть и, взяв брыкающегося из последних сил мальчишку за шиворот, поднял его. Он зажал голову юнца между своих коленей и нанес ему несколько ударов по спине и прочему.

Мальчишка, стиснув зубы, не проронил ни звука. Гершем хмыкнул.

– А щенок-то упрямый! – капитан подошел к парнишке, выдернув его из-под боцмана за черные, слипшиеся в испарине волосы, и, дыша ему в лицо крепким запахом рома, улыбнулся почти дружески.

– Ненавижу, – прошептал мальчик, и вновь потерял сознание. Гершем швырнул его какому-то парню лет двадцати, со всклоченной шевелюрой темно-русых волос.

– Брось змееныша в трюм, Биглз, – кинул он небрежно, направляясь к рубке.

 – Не поумнеет, продам за пару фунтов. Хоть какая выгода. А ну-ка, все по местам, лентяи! Ставить грот! Курс зюйд-ост!

Дэйв Биглз, самый молодой моряк на «Счастливчике», обладал внешностью далекой от образа любителя приключений. Он больше походил на сельского кузнеца, простодушное лицо его с серыми искрящимися добротой глазами сразу вызывало симпатию. Женщины, глядя на него, рисовали себе картины тихого семейного счастья с надежным достатком, кучей ребятишек и добрым работящим супругом.

Попав на судно контрабандистов исключительно только по доверчивости, теперь он мучился угрызениями совести, но так как сдружился со многими моряками, та же совесть, а также некоторая мягкость характера, не позволяла ему их бросить. Про таких говорят «славный малый». Речь его была проста и незатейлива, грамоте он был обучен скромно, но вычислить свой процент дохода от добычи Дэйв Биглз умел моментально.