Паника, убийство и немного глупости

Виталий Викторович лишь частично знал о чем: прощаясь уже с обоими сыновьями, мамочка сказала, пристально глядя на младшего:

– Ты, Петр, не пропадешь, приглядывай за Витенькой…

Вот так и получилось, что семьдесят процентов семейного бизнеса безоговорочно перешли к «никчемному тюфяку натюрморту». Нельзя сказать, что Виталия Викторовича особенно сильно мучили угрызения совести – брат вкалывает как ломовой извозчик, Витюша только бумажки подписывает. Он честно предложил брату уступить часть своего наследства, но Петр не менее честно ответил: роль серого кардинала его устраивает вполне.

Девицы к генеральным директорам меньше претензий имеют, чем к владельцам фирм…

На том и порешили.

– А какой конкретно у вас бизнес? – продолжил интересоваться Рома.

– Гостиничный. В основном.

– А какие документы ты вез Ирине в аэропорт?

– Сегодня я побывал у нотариуса, подписал кое-что… Теперь, как вы знаете, у меня на руках остался единственный экземпляр очень важного документа – кабинет Подольского сгорел вместе со всеми бумагами.

Борис Альбертович, понимаете ли, большой любитель антикварных вещиц, – невесело усмехнулся Маргадон, – в его кабинете вместо нормального сейфа стоит железный шкаф времен царя Гороха. Затейливый, но при пожаре абсолютно бесполезный. Все документы превратились в обугленные лоскутки.

– И эти хулиганы собирались отобрать твой экземпляр? – С подачи бабы Нади боксер тоже перешел в общении с Виталием Викторовичем к демократичному обращению на «ты».

– Я так думаю. Но вероятно, их интересовали не только бумаги, но и деньги. Сегодня Петя продал нашу фирму.

– И сколько стоил ваш бизнес?

Виталий Викторович повел плечом:

– Понятия не имею. Миллионов двести, три ста… Думаю, в евро.

Савельев сглотнул, красноречиво посмотрел на окружение…

– И эти деньги можно получить, отобрав у тебя бумаги?

Плечо вновь округло дернулось.

– Я думаю, можно.

«Дебил или блаженный, – растерянно подумал Савельев. – Сидит в неизвестном доме, в компании непонятно каких людей и говорит, что в его чемодане запрятана почти половина зеленого лимона… Точно – блаженный».

Но Виталий Викторович (вполне вероятно, прочитавший по выражению лица боксера, что тот о нем подумал) горячо воскликнул:

– Но их может там не быть! Точнее – не в полной мере, гораздо меньше! Петра могли обмануть покупатели.