Абсорбент. Маньяк, который меня любил

Игорь напрягся. Тяжелые шаги становились все ближе, Игорь привычным жестом коснулся бока, где уже не было никакого пистолета, и сник, но тут же снова напрягся, готовясь к встрече с преступником. В голове мелькнула мысль, что делать, если это окажется кто-то из жильцов. И тут он его увидел. Нет, их. Их было двое – мужчина и женщина. Игорь, быстро оглядев их с головы до ног, убедился, что никакой опасности они не представляют. Между тем, они тоже осматривали его.

– Новый следователь? – неожиданно спросил мужчина.

Игорь кивнул. Мужчина повернулся к спутнице. – А я говорил, что Ксюха своими звонками доведет Веронику Васильевну, а ты твердила, что она в ремиссии. Вот тебе и ремиссия!

Игорь зацепился за прозвучавшее имя своей кураторши и не сразу понял, о чем говорит мужчина. Только сообразил, что это, вероятно, родители Ксении Ильиничны.

– Давно стоите, молодой человек? – тем временем участливо спросила женщина. – Пойдемте, горячего чая попьете, мы пока карету вызовем.

– Карету? – повторил Игорь, уже ничего не понимая.

– Надо снова везти ее к врачу, раз опять обострение, – пояснил мужчина. – А без санитаров она не выйдет, проверено.

– А Митрофан?.. – неуверенно уточнил Игорь, поднимаясь за парой обратно к квартире. – Его не существует?

– Существует, – вздохнула женщина. – Знаете, может, известный блогер такой?

Игорь собирался помотать головой, но вспомнил, что это имя упоминала как-то Геля, которая за неимением собственной интересной жизни постоянно делилась событиями, происходящими со всякими популярными людьми.

– Это у которого четверо детей? – неуверенно спросил он.

– Пятеро. – Мужчина открыл дверь ключом. – И это только от официальной жены.

Игорь почувствовал себя глупо. Как он сам не сообразил, кто это. Ведь Митрофан – довольно редкое имя. Нужно было не уговаривать открыть дверь, а расспросить подробнее о Митрофане, может, она и открыла бы.

– Ну-ну, не расстраивайтесь, Игорь Валерьевич. – Его пустили в квартиру, ознакомившись с корочками, и теперь мать Ксении пыталась его утешить.

 – Ксюша очень изобретательна в деталях.

Она бодро улыбнулась, как улыбаются люди, пытающиеся показать, что приняли свою потерю. Так улыбалась мачеха Игоря после смерти его отца. Плохая улыбка.

– Она вообще хорошая девочка, – добавила женщина торопливо. – Просто гены…

И она расплакалась. Игорь был прав. Утешать ее не пришлось, извинившись, она вышла в другую комнату.