Горькие яблоки

От такой ломит зубы и в желудке становится тяжело, словно проглотил кусок льда. Но пить воду из магического колодца никому и в голову не придет – лучше сразу броситься в пасть дракону, больше шансов остаться живой.

Радка вытерла потные ладони о мягкое застиранное платье и вытащила яблоко. Сладкое и хрусткое, с мелкими красными крапинками на боку, его можно было прямо сейчас надкусить и рассмеяться. Мол, пошутила. Не собиралась даже бросать, зря ждете! Рука девочки дрогнула, так соблазнительно прозвучала в голове эта спасительная мысль.

Но если искорку магии она в себе так и не нашла до сих пор, то упрямства имелось с избытком. Сжав зубы так, что челюсти заболели, и опустив голову, чтобы не видеть никого вокруг, она с размаху бросила своей теплое от рук яблоко в холодную воду. Яблоко с плеском ушло под воду, и сердце Радки кольнуло надеждой. Напрасной, ведь через мгновение блестящий от воды круглый плод закачался на поверхности, словно дразня девочку.

Радка ошибалась. Драконий всадник улыбнулся ей, только это была совсем другая улыбка.

Полная ненавистной жалости и понимания неизбежности. Он даже руками развел, мол, я тут не при чем, таковы правила. И Радка отвернулась – жалость магика ей была не нужна. Она пожалела об этом, когда, свесившись по пояс в холодный колодец, пыталась поймать верткое яблоко, тогда как вокруг с злым весельем все зеваки, от самых маленьких паршивцев до престарелых иссохших пней скандировали:

«Ешь, ешь, ешь!» – сейчас ей не помешала бы даже жалостливая улыбка магика.

Но смотреть в его сторону она не хотела. Рядом с всадником всё еще стояла Янка, и уж жалости в её глазах Радка бы не потерпела.

Скользкое яблоко наконец далось ей в руки, и девочка выдохнула в глубину, едва потревожив вновь успокоившееся зеркало темной воды колодца. Оставалось самое сложное. Есть нужно было при всех.

Она выпрямилась, продолжая смотреть вниз, и высоко подняла руку с яблоком, показывая его всем желающим.

Толпа словно взбесилась от этого жеста.

Свист и топот, крики «ешь!» оглушили девочку, но она устояла, не побежала прочь, как, без сомнения, ждали селяне. О, они остановили бы её и вернули к колодцу. Радка так хорошо представляла себя на их месте, что легко поняла, чем она досадит всем особенно сильно.

И, так по-прежнему не посмотрев ни на кого, она откусила от яблока. И замерла, не в силах начать жевать. Как любая девочка тринадцати лет она ела множество горьких вещей.