Морфы

У него же там в разгаре самая горячая пора – набор новых студентов. А во сне это происходит или нет, это меня уже волновало меньше. Я даже была согласна, чтобы он мне приснился, а не наоборот – до того меня эти березы и травы-муравы утомили.

Так что я вовсе не удивилась, когда обнаружила черного рыцаря, сидящего в такой же черной комнате, за черным столом и листающего какой-то черный журнал. Своего тяжелого чешуйчатого облачения он не снимал даже в кабинете.

Мне он не удивился. Даже думать не хочу, что у него тут обычно происходит, если полыхающая огнями девушка не производит никакого впечатления.

– Ольга, – поприветствовал он меня своим вкрадчивым голосом, пробирающим до пяток. У меня даже пара огоньков побоязливей погасли от его тона. – Я вас ждал. Вест говорил, что вы можете попытаться появиться.

Вот как после этого относиться к паршивцу? Ведь предупредил преподавателя, побеспокоился…

– Вообще неплохо, – продолжил Кошмарыч тем же тоном. – Классика, конечно, но она никогда не устаревает.

Черный человек в черной комнате – любите фольклор?

Ответа он не ждал, продолжая говорить, так что мне оставалось только кивнуть.

– Только мелочи не продуманы, – он потряс журналом, который зашелестел черными листами. – Читать это просто невозможно. Но для начинающего очень неплохо.

– Вы меня берете в Университет? – обрадовалась я, и даже забыла о своей робости. Впрочем, такое со мной случалось как раз от нервов. В результате меня напрасно считали бойкой и общительной.

Просто язык молол вперед мыслей, и испугаться времени не было.

– В Университет? – очень натурально удивился черный. – Я даже не уверен, что беру вас в абитуриенты, Ольга. Всё-таки для всего есть определенное время, и сроки прошли неделю назад.

Я молчала. Просто не могла придумать ни одной причины, по которой он должен захотеть это сделать. В голову как назло не лезло ни одной мысли. Поразительная пустота.

– Вот теперь вы снова похожи на себя, Ольга, – заметил Кошмарыч. – А то заявились, пылая праведным гневом в прямом смысле.

Слишком вычурно на мой вкус. И глаза утомляются. Видите ли, сложность не в том, что мне жаль времени или места. Вы и сами могли бы заметить, что мы довольно вольно обращаемся и с тем, и с другим, чтобы теперь делать из этого проблему. Но вы слишком увлеклись внешней стороной создания снов и вряд ли всерьез заинтересуетесь внутренней. А выпустить еще одного недоучку после третьего курса – невелика радость.