Морфы

Кровь из носу, а избавлюсь от пристального внимания Кошмарыча.

– И потом, – продолжал возмущаться Вест. – Всем известно, что не бывает женщин с мастерством в кошмарах. Это тупиковый путь.

И конечно же, я немедленно поняла, что мне не жить не быть, надо суметь стать мастером кошмаров. Чудесно, и как я собираюсь эту задачу сочетать с той, предыдущей? Ох уже эта поперечность, над которой всегда насмехался отец! Но мне прямо до зуда хотелось поступить так, как от меня не ждали. Теперь еще бы узнать, чего от меня ждут меньше…

Впрочем, пока мои мысли хаотически скакали как взбесившиеся белки, руки-умнички продолжали писать, и постепенно записная книжка заполнялась перечислением снов.

Хоть одно из семи заданий я практически выполнила. Проблем еще не составляло задание с упоминаниями снов в литературе – всё-таки я планировала стать журналисткой, и делать обзор литературы училась последние два года, а читала я очень много, буквально «глотая» книги.

Вот со всем остальным было не так весело, но впереди у меня еще было три с половиной дня.

– Ольга, тебе нужна помощь? – утомленный своими же возмущенными воплями Вест некоторое время молчал, но собственная деятельная натура не давала отдыха и требовала еще что-то придумать. Вот и придумал, судя по всему.

– Насколько я помню, помогать абитуриентам нельзя, – заметила я, слушая его вполуха – мне оставалось записать еще два сна.

– Это да, – с готовностью согласился Вест. – Но ты можешь на мне потренироваться рассказывать, а если мое излишне выразительное лицо тебе само что-то подскажет, то тут мы ничего не сможем поделать.

Я внимательно изучило его сияющее готовностью лицо. Вообще-то раньше я упорно избегала его рассматривать. Ну не нравился он мне. Бывает такое ведь, чтобы просто не нравился?

Ничего особо отталкивающего я в его лице не увидела – лицо тонкое, слегка вытянутое – лошадиное. Но при этом довольно привлекательное. Глаза чуть раскосые, но с выразительные, глубокого темно-серого оттенка.

И тонкие брови вразлет – просто на зависть девчонкам, которые такие силятся с помощью щипчиков соорудить. Он весь был тонким: тонкие губы, острый нос с узкими ноздрями, плотно прижатые уши. И это касалось не только лица – он был довольно высоким и худощавым, хоть предпочитал сутулиться, длинные руки естественным образом завершались узкими длиннопалыми ладонями. Всё вместе это одновременно и выглядело довольно привлекательно и почему-то отталкивало.