Захватчики. Тропы между мирами

 – Я постараюсь, чтобы у нее и без того хватило забот.

Тедди с отчаянием оглянулась на Димку, а потом снова уставилась на отца, в мышином горле которого чуть светился и пульсировал ее Голос. И вернуть его она не видела ни одной подходящей возможности. Был один способ, о нем намекала Мара: нужно было своими собственными руками убить Алисо, и тогда Голос бы вернулся. Но на это она пойти не могла. И отец это прекрасно знал. Он вообще слишком хорошо ее знал, раз сумел обхитрить и завладеть Голосом. А ведь тогда, на поляне перед переходом, впервые столкнувшись с Алисо в этом мире, Тедди была уверена, что сумеет ему противостоять! И Димка тоже так думал.

* * *

… – Ну же, ты мне доверяешь? – Нетерпение было написано на человеческом лице Мусова, как бы он ни пытался скрыть его за беспокойством о Матильде, мнимым или непритворным – этого Тедди не знала. Она знала лишь то, что не сможет снова довериться отцу. Не сейчас, когда она видела Василия с откушенными еще юным Алисо пальцами, знала, как боятся его возвращения подданные Мары.

И были еще они с Димкой, отправленные на верную смерть. Такое не забывается.

Кажется, отец это понял по ее лицу. На мгновение его лицо исказила злобная гримаса, но он быстро успокоился и снова улыбнулся.

– Хорошо, Тедди, – произнес он. – Мне всегда говорили, что переходный возраст детей – это ужас, бунтарство против родителей, поиск новых авторитетов. Я и сам был таким в твоем возрасте…

«Нет! – хотела крикнуть Тедди. – Ты не был таким! Ты был мышью, в конце концов!»

Но кричать она ничего не стала, лишь оглянулась на Тинатин и Димку, пытаясь понять, что ей делать.

Они опоздали. На той стороне они еще могли просто остановить Алисо, он не рискнул бы перейти сюда без Тедди, теперь же он буквально пророс корнями своей слабенькой магии в родном мире и с каждой минутой становился сильнее.

Тина смотрела на ее отца широко раскрытыми глазами и, кажется, даже не моргала. В ее взгляде смешивались ужас и восторг, словно она увидела знаменитость. С окровавленным топором.

Димка же хмурился, не сводя взгляда с отчима. На мышиной мордочке такое мрачное выражение смотрелось потешно, но смеяться Тедди совсем не хотелось. Она снова уставилась прямо в глаза отцу.

– Ты можешь поклясться, что не виноват в смерти моей матери? – спросила она, и Голос ее дрогнул только на слове «моей». Она не помнила мать, зато отчетливо видела перед глазами тоненькую беззащитную Матильду, которая, может, затерялась где-то в этих лесах.