Добро пожаловать в Ад

Обессиленный, Петров лег на землю и стал глотать ртом воздух. Мысли в голове громыхали как железнодорожные составы. Почему все эти люди так враждебны? За что с ним так и по какому праву? Он напишет жалобу! Дойдет до директора!

Петров многое отдал бы, чтобы это оказалось дурным сном. Проснуться бы сейчас на берегу реки в лучах заката и слушать, как рядом, запрокинув голову, смеется красивая женщина… Ее губы красны, голос звонок, волосы медовым золотом рассыпаются по плечам. А где-то внизу вода с легким шелестом уносит прочь все печали, как будто их и не было.

Он сам устремился вслед за водой, убаюканный этим образом, но сердце вдруг толкнулось остро и болезненно: «Добро пожаловать в ад».

Не в силах больше сопротивляться, Петров свернулся калачиком и заплакал. Он больше не думал ни о реке, ни о том, как пойдет жаловаться – вообще ни о чем не думал. Только захлебывался от страха и всем своим существом ждал того, кто придет прервать эту пытку. Кто обнимет и скажет, что все закончилось. Возьмет за руку и отведет домой.

Когда Петров почти уже охрип, и рыдания перешли в короткие всхлипывания, где-то совсем рядом раздалось сосредоточенное бормотание.

– Ах, Боже мой, я так опаздываю! Мои часы, они должны быть где-то здесь. Мне нужны мои часы. Хорошие, никогда не ломаются.

Петров вскинулся и сел, чуть не ударившись лбом о склонившегося над ним старика. Тот был одет в потертый костюм-тройку и голубой галстук-бабочку. Как будто собирался на важное мероприятие.

– Мои часы, – повторил старик, глядя на Петрова слезящимися глазами, – Вы видели мои часы?

Петров замотал головой.

– Мне они очень нужны. Если заставить стрелки двигаться задом наперед, я смогу выбраться отсюда. Я отмотаю себя в самое начало. Нужно только найти часы. Золотые, с гравировкой. Все время тикают. Если я не успею, ох…

– Я не видел никаких часов, – перебил его Петров.

Старик осклабился, и глаза его хищно заблестели:

– Я теперь все понял.

С этими словами он стал охлопывать Петрова по карманам штанов в поисках потерянной драгоценности. Когда оказалось, что карманы пусты, старик на секунду замер в растерянности. Затем снова улыбнулся, обрадовавшись внезапной догадке:

– Может быть, ты их проглотил. Может быть, ты знал, что я буду искать свои часы, и специально проглотил их. Мне нужно вспороть тебе брюхо и как следует пошарить в кишках.