Ты играешь с огнем

Пашка, хватит уши греть!

Ее брат, всем своим видом показывая, что даже не собирался страдать такой ерундой, развернулся и удалился в собственную комнату.

А Илона силилась сказать то, что было у нее на уме, но не могла. Открывала рот, но снова его закрывала. Что-то ее упрямо останавливало сказать вслух то, что так отчаянно вертелось в ее голове.

– Вострякова, если ты и дальше будешь так выразительно страдать молчанием, я подумаю, что кто-то умер, – выразительно проговорила подруга, напоминая, что время не бесконечное.

Было искушение развернуться и уйти домой, скрыться от тех нехороших мыслей, которые не дают ей сейчас покоя. Однако вот проблема – даже если она уйдет от разговора с Ульяной, от самой себя она убежать не сможет. Как бы ей этого ни хотелось. И, поймав себя на этой мысли, Илона закрыла глаза и выпалила:

– Кажется, Артем мне изменяет.

Вот и произнесено вслух то, что ее так пугало. Мир не рухнул. Кажется, совсем не изменился. Только внутри нее что-то постепенно начало надрываться.

И сейчас это «что-то» удерживалось на очень тонкой ниточке, которая вот-вот грозит порваться.

На какую реакцию она надеялась? Илона и сама не знала. Только четко понимала, что Ульяна не из тех, кто будет ее разубеждать и советовать продолжать жить, как жила. Она выслушает и постарается понять. Не навязать свое мнение. Выслушать. Именно это Илоне сейчас и требовалось.

Надо отдать должное Ульяне, на ее лице не дрогнул ни один мускул. Она глубоко вздохнула и осторожно поинтересовалась:

– Что заставило тебя так решить?

И Илона, запинаясь, начала перечислять все те факты, что задели ее.

Все то, что совершенно не вписывалось в ее картину мира. Уля не перебивала, слушала, а потом осторожно поинтересовалась:

– А ты не хочешь спросить у Егора про совещание?

Хороший вопрос. И это было бы самым простым решением, несомненно. Вот только там и находилась та самая черта, переступить которую Илона не могла. Да, они много общались, но никогда не касались его работы и ее отношений.

Илоне все время казалось это каким-то неправильным, а эту дружбу девушка ценила, и очень сильно. И если Артем ее действительно обманывает, ей бы не хотелось, чтобы об этом узнал Егор.

– Я не могу, – опустив глаза, честно призналась она. – Только не у Лаирова. Мне стыдно. Я не хочу выглядеть в его глазах ревнивой истеричкой.

Ульяна смотрела спокойно и очень внимательно, но Илоне казалось, что ее препарируют и видят даже то, о чем она сама не подозревала.