Ты играешь с огнем

Встретилась с ним взглядом и замерла, сжигаемая отражением собственных чувств в его глазах. Их отделял всего миг от сумасшествия. Всего один миг. Непозволительно близко. Всего какой-то жалкий сантиметр, который ничего не стоит преодолеть. Так мало, чтобы это служило препятствием и так много, чтобы… Чтобы подняться на цыпочки, приблизиться к его губам и замереть, услышав тихий шепот:

– Ты играешь с огнем.

Играет, да. Вот только что там ее ждет – чувственное пламя или безжалостный пожар, который не оставит после себя ничего, кроме пепла – она не знала.

Но очень хотела шагнуть в этот огонь.

Глава 1

Детский плач оглушал, сбивал с ног. И вроде бы он был негромкий, еле слышный, но в нем слышалось столько страдания, что просто невозможно оставаться равнодушной. Илона Вострякова огляделась по сторонам, стремясь определить источник. Однако бубнеж в трубке отвлекал, и девушка рассеяно бросила собеседнику:

– Я тебе перезвоню.

– Илона, ты… – закончить он не успел, девушка нажала на отбой. На первый взгляд во дворе никого не было.

Но она точно знала, что не страдает галлюцинациями. Она слышала не мяуканье, не скулеж, именно детский плач. Илона замерла, прислушиваясь к окружающей тишине. Двор жил своей жизнью. В такое время людей не видно – рабочий люд трудился, мамочки укладывали сонных детишек, а бабушки скрылись от палящего солнца в своих квартирах, наблюдая за жизнью из окна. Но ребенок определенно был. Точно в подтверждение ее мыслей где-то рядом раздался тоненький, еле слышный всхлип.

Телефон в ее руках снова завибрировал, но Илона, не медля ни секунды, сбросила вызов и замерла, прислушиваясь к ощущениям. Так, где же оно? Ага, вот. Со стороны детской площадки, на первый взгляд, опустевшей. Шаг, еще шаг. Илона ступила на землю, не обращая внимания, что тонкие каблучки утопают в песке. Ага, вот. Темноволосая малышка лет четырех спряталась под горкой и тихонько всхлипывала, утирая кулачками глаза.

– Привет, – Илона присела на корточки перед крохой. Та вздрогнула и подняла на нее огромные серые глаза, обрамленные длиннющими ресницами.

– Пгивет, – нещадно картавя, ответила девочка. – Мне нельзя газговагивать с незнакомцами.

Илона едва подавила улыбку. При виде красивой тети крошка перестала плакать и теперь с любопытством рассматривала ее. А еще в глубине бездонных глаз сверкала надежда.

– Меня зовут Илона, а тебя?

– Анечка, – важно ответила кроха и сверкнула улыбкой. – Ой, ты уже не незнакомая. Газ я знаю твое имя.