Богиня

Таксопарк оказался бизнесом для отмывания денег, а ее танцы – стриптизом.

И вот возвращение Евы. Еву встречает Азиз.

– О мой бог! – воскликнула Ева, увидев Азиза, держащего букет из маков.

– Это тебе, красавица, – слегка улыбнулся он и галантно открыл дверь мерседеса.

–Ты меня как звезду встречаешь, спасибо, – Ева приняла букет и села на заднее сидение.

– Когда я впервые увидел тебя, то подумал, что ты живое воплощение красного мака, – трогаясь, сказал Азиз, – ты надолго в этот раз?

– Во Францию я больше не вернусь, – гордо сообщила Ева.

– «Мулен Руж» покорен? – лукаво улыбнулся Азиз и посмотрел в зеркало.

– Франция пала, – съязвила Ева.

– О! Богиня.

Мурашки пробежали по телу Евы: мужчина подтверждает, что она Богиня. Еще один знак от Вселенной, что она идет по правильному для себя пути.

– Да, ты прав, я решила стать Богиней.

– Расскажи мне, – заулыбался Азиз.

Они вернулись в отправную точку, когда Ева впервые села к нему в машину и начала описывать свою мечту. Ева рассказала обо всем, что успела найти в интернете: про мужчин-богов, про женщин, принимающих эту божественную природу, про соединение мужского и женского, про тантру.

Азиз старался слушать внимательно, но порой не мог сдерживать смешки. Хотя эта тема казалась ему интересной и то, как воодушевленно про нее рассказывала Ева. Хотя десять лет назад она так же воодушевленно рассказывала про кастинг у самого Алена Бернардена и про то, что она будет танцевать на лучших сценах Европы, а затем и Америки.

Но Азиз просто решил слушать. Что-то новенькое. Ему нравилась концепция отношения к мужчине как к живому богу. Это давало широкое поля для манипуляций: «Ну я же живой бог, детка». Он рассмеялся от этой шутки в своей голове.

– Приехали, красавица, – сказал Азиз, останавливаясь около дома матери Евы, – спасибо, ты меня сегодня удивила.

– Тебе спасибо за то, что выслушал, и за цветы, конечно, – Ева легонько чмокнула Азиза в щеку и вышла из машины.

Порой женщине просто нужно, чтобы ее выслушали и поддержали. Не осуждали, не критиковали.

И Азиз справлялся с этим. Раз в год. Стабильно. На протяжении всех этих лет. Наверное, больше и чаще он бы не выдержал.

Перешагнув порог родного дома, она кинулась в объятия мамы.

–Моя доченька!

Ева просто молчала и вдыхала запах мамы. То, от чего она убегала все это время. От своей части. От того, что было в ней самой.