Октопус

Чёрточки с палец, которые светились на стенах, на поверку оказались губками, мягкими и пористыми. Конечно, сияют не они сами, а бактерии, живущие в их клетках. Но почему подселенцев так много? Значит, пищи здесь, планктона, – полно. А это странно для глубоководной пещеры. Возможно, их питают остатки добычи других существ, которые охотятся снаружи?

Рина оторвала от свода губку покрупнее и принялась при её свете обследовать стены, пол. Но нигде и намёка на проход не было. Наконец пальцы провалились в щель сантиметров двадцать на десять, она уходила узким прямоугольным тоннелем.

Пролезла рука по плечо, снаружи чувствовалось движение воды.

Вернувшись, Рина рассказала о находке Хонеру. Тот поднял бровки:

– Ништяк, а как мы вошли? Оба словили азоточку и протиснулись в эту задницу, как угри? Не заливай.

– Других отверстий ни в стенах, ни в полу нет. Сам нырни.

– Да чё, нырну.

Он тоже вернулся ни с чем.

Рина решила снова обследовать щель. Рядом с ней словно бугорок? Всё ведь здесь ощупала – не было его! Протянула руку, однако бугорок вдруг стал осьминогом величиной с кошку, юркнул в отверстие.

– Осьминог! – отдышавшись, сообщила Хонеру. – И знаешь, когда на меня напали, кругом были чернила. Конечно, их мог и гигантский кальмар выпустить: очень уж много.

– Походу, я тоже в чернилах заблудился. Перед тем как стукнуло. А прикинь, если твои осьминоги кучей собрались и ка-ак напрудили? Типа флешмоб у них?

– Глупости, это одиночные животные, в стаи не сбиваются.

 – Она задумалась. – Хотя… У берегов Восточной Австралии биологи обнаружили песчаные домики, составленные кругом. И там жили осьминоги вида октопус тетрикус, представляешь? И от акул вместе защищались, и крабов добывали. Возможно, здесь такая же колония, и нас атаковали, приняв за хищников. Но как бы они сняли снаряжение, испортили твои баллоны? Затащили куда-то двух громадин, да ещё и вход завалили? Если я подобное заявлю Шулеру, он точно решит: подхватила азоточку.

– Зачем ты вообще связалась с мутным типом? У тебя имя, десятки статей по гидробиологии.

И в институте Скриппса тебя ценят, и в Национальном Управлении. Чего было браться за это… За это…

– Хочешь сказать: за сомнительное мероприятие со смешным бюджетом?

– Да. За это дерьмо.

Рина вздохнула: на самом деле она преследовала свой давний интерес. Ещё три года назад при погружении в другом заливе побережья Аляски – Принс-Уильям – она обнаружила кое-что удивительное.