Книга Бытия

«Скверно, – подумал Конан, мягким кошачьим шагом надвигаясь на паскудно ухмыляющуюся шайку. – Два удара – и двое наших выведены из игры. Очень скверно.»

Эртель стряхнул на пол осколки разлетевшейся вдребезги бутыли, вытащил меч, и, зло прищурившись, осведомился:

– Так кто хочет первым отведать стали?

Вместо ответа один из нападающих выдернул из-за пояса метательный нож… Одновременно у левого уха Эртеля прогудела стрела и незадачливый метатель с воплем рухнул на колени.

Это послужило сигналом нападения для пятерых оставшихся.

Они были вооружены мечами средней длины и в открытом бою против вставших спина к спине Конана и Эртеля с их длинными клинками не имели бы ни малейшего шанса на победу. Но в тесноте трактирного зала не очень-то размахнешься…

Конан с легкостью отражал бездарные, убогие и напрочь лишенные фантазии выпады. Отражать-то он отражал, и с успехом, и стоявший позади Эртель тоже отражал, а вот перейти в атаку самим было трудновато. Противники успевали отпрыгнуть на безопасное расстояние, прежде чем тяжелый меч мог их настигнуть.

Эмерт не мог помочь им своими стрелами – ему пришлось тоже взяться за меч и отбиваться от рябого косоглазого типа.

Под яростный звон мечей разговоры в трактире как-то сами собой стихли, по залу пробежал легкий шепоток. Друзья бритоголового, игравшие в кости, не торопились ему на помощь, какие бы отчаянные взгляды он на них не кидал. Ему действительно приходилось тяжко – Конан и Эртель объединенными усилиями теснили троих нападающих в угол, а из угла уже не убежишь… Сзади раздался стон и стук упавшего тела.

Конан отбил простейший удар сверху и чуть не выпустил врагу кишки (еще немного – и пришлось бы их подбирать по всему трактиру, а так нападавший отделался только царапиной на животе) и обернулся. Хвала богам, на полу лежал не Эмерт.

Посетители трактира, отойдя от первоначального изумления, начали азартно делать ставки, причем большая часть зевак ставила на варвара. Внезапно все шепотки перекрыл громкий голос:

– Я ставлю на королевскую стражу.

* * *

Это сказал молодой, лет двадцати пяти, офицер, приподнимавшийся из-за стола.

– И моя ставка сорвала банк, – невозмутимо продолжил он, делая знак своим солдатам. Два десятка гвардейцев неспешно поднялись с лавок, оставив недопитое пиво и выстроившись полукругом за спиной командира.

Все посетители сразу потеряли интерес к драке, ибо ее исход теперь предугадать было несложно.