Тихий омут и бестолочь

Поэтому Костя поставил в уме галочку: покорена, и успокоился на ее счет.

А вот Кристина, новенькая, молоденькая бухгалтерша, напротив холила его эго по полной. Она хихикала и краснела, смущалась от его подколок и пошловатых намеков. Бирюков балдел.

После звонка Марины Костя воспрял духом. Выпив кофе, он окончательно проснулся, заехал в магазин, где набрал все нужные для бухгалтерии документы, и отправился в «Канцелярию». Там он собирался немного потусоваться с барышнями и напроситься на кофе, которым его всегда с удовольствием угощали, но планы были порушены начальством.

Усманов явился совершенно не вовремя, утащил Костю покурить и обсудить его дела. В общей офисной курилке как всегда смолила толпа народа, поэтому Бирюков с Усмановым нагло встали рядом.

Они дымили и разговаривали о Костином новом магазине, ценах на нефть, личной жизни. Усманов в очередной раз учил друга уму разуму:

– Женись ты уже на ней, Кость. Вы пять лет херней страдаете.

– Я пока еще в своем уме, Колян. Панина мне и так осточертела дальше некуда.

Сосет она мастерски, конечно, но это не повод на ней жениться.

– Вике надо ребенка родить, тогда вся дурь из головы вылетит, – гнул свое Усманов.

– Ха, сомневаюсь. Ребенок вылетает из другого места, насколько я знаю. Дурь из головы он по дороге с собой не захватит. Это придется крюка давать, – как всегда отшучивался Костик.

– Придурок ты, дружище. Правильно Маринка говорит – бестолочь.

– Моя Маринка? Иванова? – уточнил Бирюков.

Николай слегка напрягся, но ничего не сказал, только кивнул.

– Ха, – расплылся в улыбке Костя, – влюбленная она в меня.

– Что ты несешь? – только и закатил глаза Усманов.

– Легка на помине. Оу…

Костя едва успел подхватить девушку, которая буквально врезалась в него.

– О, простите, – вспыхнула Иванова, отскочив от него, словно обжегшись.

– Было б за что, мне даже приятно, – хохотнул Бирюков, не без сожаления отпуская ее плечи.

Даже этого мимолетного контакта хватило для быстрой эротической фантазии, в которой Костя с удовольствием бы упал на пол вместе с Мариной, и в этот момент рядом с ними не стоял бы Усманов, а еще они были бы голыми…

Бирюков проводил девушку взглядом, пока ее красивая фигурка не скрылась за дверью в столовую.

– Я же говорил, – продолжал самодовольно кривляться он. – Спорим, когда назад пойдёт – обернется.

– Костян, она замужем, – очень серьезным тоном начал занудствовать правильный Коля.

– О, да ладно. Ей это не мешает кокетничать.