Тихий омут и бестолочь

– А тебе не мешает ее клеить?

– Не-а, не мешает.

– Костя, она порядочная девушка. Я ее мужа знаю.

– Брось, Колян, я не собираюсь с ней спать, – дал заднюю Бирюков, наконец уловив в тоне друга серьёзность и напряжение. – Она – мой бухгалтер, в конце концов. Ты же знаешь, я не путаю бизнес с развлечениями. Маринка классная, конечно, но деловая до ужаса. Она единственная из всех твоих красоток меня по имени-отчеству зовет.

В этот момент Марина вышла из столовой, заставив мужчин замолчать. Она прошла мимо, уставившись на пирожок, завернутый в салфетку, в этот раз никого не сбила.

Но на лестнице девушка все-таки обернулась. Костя по привычке улыбнулся ей, подмигнул и проводил глазами красивую попку в узких брюках.

– Бирюков, мать твою, – рявкнул на него блаженного Николай, когда Марина скрылась из виду.

– Блин, ну привычка, – развел руками Костя, туша истлевшую за разговором сигарету.

– Твои привычки, Кос, нам обоим боком выйдут, если ты не прекратишь, – оседлал любимого конька Усманов, – Можешь хоть всех баб в городе перетрахать, а моих не трогай.

– Себе решил оставить? – продолжал тупо шутить Бирюков.

– Я серьезно, Кость. Тебе нравится, как Марина работает? Она не подводит?

– Нет. Она профи. Как будто ты не знаешь.

– Я знаю, знаю. Поэтому прошу и тебя быть с ней более профессиональным.

Они закурили по второй, повесив вокруг натянутое молчание. Сменив гнев на милость, Усманов в очередной раз объяснил:

– Она мой лучший бухгалтер, Кос. А ты мой гребаный друг, а до кучи еще и невероятно выгодный клиент.

Ты ее трахнешь и уймешься, а ей потом придется с тобой работать. Уволится ведь, я ее знаю.

– Понимаю, старик. Поэтому и сам не собирался, – посерьезнел наконец и Костя.

– Притворюсь, что верю тебе, – усмехнулся Николай.

– Да с чего ты взял это вообще? Если она замужем, то и сама не станет. Мне кажется, она не из тех, кто гуляет.

– Херня у нее какая-то с мужем, – поделился сведениями Усманов. – Тетки наши болтают, конечно, всякое, но я его уже давненько на корпоративах не видел.

Да и сама Маринка какая-то дерганая последнее время, депрессивная.

– Марина? Депрессивная? Ты путаешь, Колян. Она как солнышко.

– Ты ж говорил, деловая, – поддел Николай.

– Деловая, – кивнул Костя. – Но солнечная, всегда на позитиве. Со мной во всяком случае…

– То-то и оно, – покачал головой Усманов.

Костя затянулся, силясь представить своего бухгалтера хмурой и печальной, но не смог.