Дрон-2

Охранники переглянулись друг с другом и встали над заложниками. От старшего охранника Гюнтер услышал до боли знакомую фразу:

– Ну що, москалi, молiться! Зараз пiдете розмовляти з богом!

Они достали ножи и уже собрались начать убивать заложников. Гюнтер стоял у них за спиной, он не мог стрелять, т.к. мог зацепить заложников. Один из охранников повернулся к Гюнтеру и наставил на него пистолет. Судя по тому, как действовали эти четверо, они заранее спланировали свои действия и распределили роли. Но в их действия вмешалась случайность.

С дивана поднялся и пошел на них седой ветеран – отец Троекурова.

– Ах вы ж мрази бандеровские! Только и можете, что с бабами да детьми воевать! Давил я вас, гнид, в сороковые годы, да и сейчас давить буду! – старик не стеснялся в выражениях.

На долю секунды внимание боевиков переключилось на старика. Гюнтер ушел с линии выстрела пистолета и упал спиной на пол, одновременно нажимая на спусковой крючок автомата, целясь в ноги.

Негромкие хлопки выстрелов из автомата с глушителем привели в движение всех боевиков.

Двое из них рухнули на пол с от ударов пуль Гюнтера. Двое оставшихся открыли беспорядочную стрельбу, стараясь спрятаться за заложниками. Но недостаточно проворно! Гюнтеру пришлось выпустить весь магазин, чтобы достать их. Получив по несколько пуль в грудную клетку, они упали. Гюнтер оказался хорошей мишенью в тот момент, когда менял магазин. Лежащие в пяти шагах раненые боевики воспользовались заминкой и уже собирались прикончить Гюнтера. Один из них достал из рукава нож и бросился на Гюнтера.

Никто не обратил внимания, что входная дверь приоткрылась на несколько сантиметров, и в образовавшуюся щель просунулся ствол автомата. Два точных выстрела в головы потребовалось для того, чтобы успокоить раненых боевиков.

– Ты не ранен? – спросил входящий «Орел», не спуская глаз с лежащих боевиков. – Эти сукины дети решили играть в свою игру! Мы предъявим этому работорговцу, когда вернёмся в Украину!

Он прошел по залу и наклонился над лежащими охранниками.

Как профессионал, «Орел» не мог полагаться на случай – он приставил ствол автомата к груди каждого боевика и нажал на спуск.

Гюнтер с трудом поднялся с пола. Две пули ударили его в грудь, но не смогли пробить бронежилет. Грудь болела, было трудно дышать. Если бы не «Орел», Гюнтер был бы уже мёртв.

– Dziekuje panie…, – произнёс он по-польски.

– Вацек, – ответил «Орел».

– Гюнтер, – в ответ представился Гюнтер. Они пожали друг другу руки.