Дрон-2

Заложники постепенно начали приходить в себя. Старик ветеран поднялся и подошел к Гюнтеру и Вацеку.

– Не знаю, кто вы, но спасибо!

– Вам спасибо, отвлекли на себя этих нелюдей! – поблагодарил старика Вацек.

Гюнтер и Вацлав вывели заложников и посадили их в автобус. Потом вернулись в дом и стали переодеваться. Вацлав дал Гюнтеру кроссовки, футболку и помог надеть лёгкую куртку. Кепка с козырьком и темные очки скрыли большую часть лица Гюнтера.

– Не вздумай взять с собой оружие, – предупредил Вацлав.

– Мне оно ни к чему – операция закончена, – ответил Гюнтер.

Вацлав никак не мог успокоиться, и его тянуло поговорить:

– Меня 15 лет учили уничтожать террористов и освобождать заложников. Сегодня я сделал свою работу и рад этому! А эти четверо не просто исполнители – у них была своя задача. Они чуть не испортили нам всю нашу комбинацию. Похоже это была та самая «случайность», после которой русские должны выловить и уничтожить всех диверсантов. Тогда пан проводник сможет оставить себе все деньги.

Но здесь он ошибся – я ничего ему не заплачу.

– Я думаю, что это не последний сюрприз сегодня и в ближайшие дни. Мы должны были допросить их, чтобы понять, кто и зачем послал этих людей. Не нужно было их пристреливать.

– Здесь мы не можем проводить расследование, – заметил Вацлав. – Мы должны исчезнуть в ближайшие десять минут. Кроме того, те, кто их послал, не смогут принимать решения, пока не узнают, что случилось с их агентами.

А это они узнают дня через два. Нужно вызвать группу зачистки.

«Орел» сделал звонок и через десять минут к дому подъехала «Газель», в которую они быстро забросили четыре тела. Затем сели в разные такси, которые вызвал по телефону Вацлав, и разъехались.

Гюнтер ехал на заднем сиденье такси по утреннему городу и размышлял о прошедших событиях. Операция прошла отлично. Обе стороны сделали всё так, как он с Максом и Троекуровым предполагали. За исключением одного – попытки убить заложников.

Необходимо было выяснить —действовали ли убитые боевики по чьему-то приказу, или по собственной инициативе? Но Вацлав обрубил нить, не дав допросить кого-либо из них. Тем самым он автоматически становится первым подозреваемым. К тому же у него появился отличный повод не платить оставшуюся часть денег торговцу «скальпами». Двести пятьдесят тысяч – неплохие деньги. Чем больше Гюнтер обдумывал ситуацию, тем больше укреплялся в своём мнении.